Valentina Babko

Александр Зиновьев никогда не искал лёгких путей в своих суждениях. Этот советский философ и писатель, сам прошедший через жернова истории, высказывался об Александре Солженицыне прямо. Зиновьев считал, что «Архипелаг ГУЛАГ» — не документ эпохи, а грандиозная фальсификация. И у него были на то веские основания. Зиновьев был убеждён, что Солженицын использовал особую технику работы с историческим материалом. Писатель целенаправленно отбирал отдельные негативные эпизоды сталинского периода и выстраивал из них цельную картину всеобщего ужаса. Александр Александрович говорил об этом прямо: из книги Солженицына складывалось впечатление, будто существовал только Сталин со своими злоумышленниками, а все остальные поголовно являлись невинными жертвами. Зиновьев понимал, о чём говорил. В конце 1930-х он сам был ярым антисталинистом, хотел уничтожить советский режим. Александр Александрович не скрывал: если бы тогда его арестовали, это было бы справедливо. Философ подчёркивал: сколько он ни вст

Советский Союз распался более тридцати лет назад, но споры о причинах этого события не утихают до сих пор. Одни винят во всем экономический застой, другие — бюрократию партийного аппарата, третьи говорят о «естественном крахе» социализма. Но был человек, чье мнение звучит особенно весомо — Александр Александрович Зиновьев, в прошлом советский диссидент, который прошел путь от яростного критика системы до её защитника. Зиновьев не был кабинетным теоретиком — он знал советскую действительность изнутри. В молодости его должны были расстрелять за попытку преступной деятельности против Сталина. После публикации романа «Светлое будущее» в 1978 году, где критиковал Брежнева, философа выслали из страны. Казалось бы, типичная история диссидента, который «обрел свободу» на Западе. Но произошло нечто неожиданное. Прожив в эмиграции в Мюнхене с 1978 по 1999 год, Зиновьев кардинально пересмотрел свои взгляды. Изучая западную капиталистическую систему как учёный-логик и социолог, он пришел к выводу