ТЕМА. ГЛАВНОЕ

В «сытые» времена, когда нынешним российским менеджерам казалось, что они равноправные партнеры со своими западными коллегами, немало самолетов, еще имеющих ресурс, было поставлено на стоянку. Порезать их не успели, потому что никто не хотел тратить на это деньги. А сейчас о них вспомнили: нынешний парк самолетов подошел к черте, когда начнется массовое списание бортов, а обещанные Мантуровым и Чемезовым отечественные самолеты, которые, естественно, «самые лучшие» в мире, все никак не запускаются в серию. Российские авиакомпании готовятся вернуть в эксплуатацию ранее законсервированные самолёты для поддержания объёмов перевозок в 2026 году. Как сообщают «Известия», в рамках программы, продлённой до 2027 года, будет восстановлено 12 воздушных судов разных типов — девять самолётов семейства Ту-204-214, один Ан-148 и два Ил-96. По оценкам экспертов, им до 30 лет. Процесс восстановления идёт с 2022 года, десять самолётов уже вернули в строй и передали заказчикам, включая авиакомпанию Red

В последние годы российско-индийская торговля превратилась в одностороннюю магистраль. Россия поставляет в Индию рекордные объёмы нефти, угля, удобрений и вооружений, а взамен получает — почти ничего, кроме рупий, которые скапливаются на банковских счетах. По данным Росстата и ФТС за 2024 год, экспорт РФ в Индию достиг $65 млрд, тогда как импорт из этой страны составил всего $7,7 млрд. Сальдо в пользу России — более $57 млрд. Это не просто цифры: это триллионы индийских рупий, которые оседают на счетах российских компаний в индийских банках, фактически превращаясь в замороженный капитал. И хотя официальные данные о точном объёме этих средств отсутствуют, сами участники рынка подтверждают: речь идёт о десятках миллиардов долларов эквивалента. При этом Индия готова продавать — и не только чай с пряностями. Индия давно перестала быть страной исключительно аутсорсинга и дешёвой фармацевтики. Сегодня она — один из самых динамичных центров глобального производства. За последний год экспорт

На складах мировых гигантов индустрии — Diageo, Pernod Ricard, Rémy Cointreau — скопилось непроданного виски, коньяка и текилы на 22 миллиарда долларов. Это не просто избыток — это «алкогольное озеро», в котором тонут привычные бизнес-модели. Пока одни заводы останавливаются, чтобы распродать старые запасы, аналитики всерьёз задаются вопросом: а не столкнулись ли мы с концом эпохи, где бутылка скотча была символом успеха и отдыха? Параллельно в России потребление алкоголя падает восьмой месяц подряд, приближаясь к рекордно низким показателям конца 90-х. Что происходит? Здоровый образ жизни победил? Или причины глубже — в изменении самой структуры общества, его ценностей и кошельков? Картина, которую рисует The Financial Times, напоминает сюрреалистичный натюрморт: гигантские хранилища, забитые ящиками с элитным алкоголем, который никто не спешит покупать. Пять королей рынка — Diageo, Pernod Ricard, Campari, Brown-Forman и Rémy Cointreau — оказались в ловушке собственных запасов. Их «о

В последние годы в экспертной и политической среде утвердился стереотип: новые территории, возвращённые в состав России, — это «экономическая обуза». Их называют «дырявыми кошельками», «дотационными провалами», «территориями хаоса». Такая риторика, однако, не только ошибочна — она опасна. Она отвлекает от главного: перед нами не проблема, а стратегическая возможность, которую Россия не имела с 1991 года. Речь идёт о формировании Приазовского макрорегиона — единого геополитического, экономического и культурного пространства, способного стать одним из ключевых драйверов национального развития до 2040 года. Правительство утвердило Стратегию развития Приазовского макрорегиона. Этот проект — не просто административное объединение. Это возвращение к логике советского территориально-производственного планирования, когда юг СССР рассматривался как единый народно-хозяйственный комплекс: Кубань кормила, Дон промышленностью обеспечивал, Азовское море — рыбой и отдыхом, а порты связывали страну

В эпоху энергетического перехода, электромобилей и искусственного интеллекта мир переживает тихую, но фундаментальную революцию — переход от чёрного золота к красному металлу. Нефть больше не является главным стратегическим ресурсом. На её место выходит медь — металл, без которого невозможны ни возобновляемая энергетика, ни современные вооружения, ни цифровая инфраструктура. Именно медь, по мнению известного политолога и стратега Андрея Безрукова, станет ключевым полем борьбы за глобальное доминирование в ближайшие десятилетия. В своём выступлении на заседании клуба «Улица правды» он назвал её «новой нефтью» и предупредил: тот, кто контролирует медь, будет диктовать правила игры в XXI веке. «Медь — это новая нефть. И это очень серьёзно», — заявил Безруков, подчёркивая, что речь идёт не о сырьевом тренде, а о геополитическом переломе. Почему медь важнее лития и кобальта? На фоне ажиотажа вокруг лития и редкоземельных элементов, необходимых для аккумуляторов, медь остаётся в тени. Но им

Ситуация на Африканском Роге напрямую связана с геополитикой Ближнего Востока, и наоборот — ближневосточная геополитика всё больше влияет на региональную политику на Востоке Африки. Речь идёт о контроле над морскими путями из Индийского океана в Аденский залив. Кто будет контролировать, тот, собственно говоря, будет чувствовать себя достаточно уверенно с точки зрения логистических путей, транспортных путей нефти в этом регионе, считает востоковед Турал Керимов, чью точку зрения мы сегодня предлагаем нашим читателям. После признания Сомали-Ленда со стороны Израиля власти Сомали разорвали все контакты с Объединёнными Арабскими Эмиратами, которые касались сферы экономики и инвестиций. Министр иностранных дел Сомали призвал Саудовскую Аравию рассмотреть возможность военного воздействия на противников территориальной целостности государства — не только в Сомали-Ленде, но и в отношении влияния ОАЭ. На этой неделе появились сообщения о том, что Саудовская Аравия готовит военный договор с Сом

В мире, где США всё ещё воспринимаются как незыблемый центр силы, стабильности и технологического превосходства, слова Андрея Безрукова звучат как гром среди ясного неба. Известный политолог, стратег, один из самых глубоких аналитиков современной геополитики, он не просто констатирует упадок американской империи — он описывает её как общество, погружённое в системный кризис, внутреннюю войну и культурную трансформацию, которую никто не контролирует. «13 января в будущем историки назовут днём начала гражданской войны в Соединённых Штатах Америки», — заявляет он без тени иронии. Это не провокация. Это диагноз. Диагноз, основанный не на слухах, а на десятилетиях наблюдения за внутренней динамикой США, их экономикой, элитами и социальной структурой. В своём выступлении на заседании клуба «Улица правды» Безруков раскрывает пять ключевых процессов, которые уже сегодня рушат фундамент американской державы — и предрекают ей судьбу, схожую с поздним Римом. «Поздняя Римская империя»: когда стра

На фоне всеобщего энтузиазма по поводу «цифрового прорыва», когда чиновники, бизнес и даже простые граждане с готовностью отдают свои данные в облака, подписываются на электронные сервисы и мечтают о «бумаге как пережитке прошлого», звучит редкий, но резкий голос предостережения. Наталья Касперская, президент группы компаний InfoWatch, один из самых уважаемых экспертов в области кибербезопасности в России, на панельной дискуссии в рамках одного из ключевых технологических форумов страны выступила с жёсткой, почти провокационной речью. Она не просто раскритиковала текущую модель цифровизации — она назвала её государственной изменой, если та осуществляется без учёта базовых принципов безопасности, устойчивости и здравого смысла. «Отказ от бумаги к 2030 году? Это диверсия под государственное управление. На мой взгляд, это просто государственный измен», — заявила она, вызвав замешательство в зале. Её выступление — не технический доклад, а страстное предупреждение: мы бежим в цифровое буду

Феномен цареубийства в российской истории — это не просто серия трагических эпизодов, а зеркало глубинных трансформаций политического сознания. Если в XVIII веке устранение монарха было делом придворной верхушки, актом упреждающей расправы над конкурентом, то уже в XIX столетии оно превращается в идеологический жест — символическое уничтожение тирана во имя свободы, Отечества и справедливости. Именно эту эволюцию прослеживает историк Егор Яковлев, чьи рассуждения, полные конкретики, иронии и острых формулировок, позволяют увидеть за каждым убийством — будь то Пётр III или Павел I — целую эпоху, её страхи, иллюзии и парадоксы. Эта статья представляет собой развёрнутый пересказ его анализа, бережно сохраняющий все детали, исторические коллизии и авторские акценты. Петр III: никудышный правитель и жертва собственной наивности «По сути, там, грубо говоря, именно цареубийство было одно — это убийство Петра III», — начинает Яковлев, сразу же разграничивая понятия. Да, Иоанна Антоновича то

В издании «Asia-Plus» была опубликована резкая статья с критикой России «Без образования, без прав. Как тысячи детей мигрантов в России остались без образования». Суть ее в том, что введение в России для детей мигрантов требования знания русскго языка отсеяло около 80% . Это вызвало возмущение в Таджикистане,где уверены, что Россия обязана бесплатно обучать, лечить, платить социальные пособия мигрантам и их детям. А иначе это — расизм! В России считают иначе: халява закончилась! «Мы не можем принять ваших детей, так как они не знают русский язык, и нет мест» Эта цитата из текста статьи, так ответили родителям-таджикам в однойиз российских школ. Вокруг этой цитаты и завертелся весь эмоциональныйсыр-бор. Авторы статьи подают её как проявление дискриминации, но на деле она отражает объективную реальность: школа — это не приют для неговорящих, а учебное заведение, где обучение ведётся на государственном языке. Русский язык — не просто средство общения, а основа государственного устройств