Игорь Любов

Послевоенная армия — это не парады и героические фильмы. Это холодные казармы, вечные наряды, серые шинели и кипяток из алюминиевых кружек. Миллионы молодых мужчин проходили через службу, и почти у каждого в памяти остались не только товарищи и присяга, но и те, кого он презирал. Ненависть в армии жила рядом с дисциплиной. Её не показывали, не писали в отчётах, но она была — тихая, усталая, настоящая. Советская армия после войны унаследовала от фронта и героизм, и несправедливость. Одни гнули спины на кухне, другие «устраивались» при штабе, а кто-то просто жил по принципу — «главное не высовываться». У каждого подразделения были свои «любимчики» и свои «враги». Кого-то уважали за смекалку, других — откровенно ненавидели. И если спросить любого служившего в 40–70-е годы: «Кого больше всего не любили в армии?», — ответы повторяются почти слово в слово. «Вместо автомата — авторучка» После войны армия утонула в бумагах. На каждого солдата — карточка, журнал, отчёт и рапорт. Без писаря не