Мне понадобилось семьдесят лет, чтобы по-настоящему понять: самая большая боль — это не пустой дом.
Настоящая боль — жить среди людей, которые тебя больше не замечают.
Меня зовут Мария.
В этом году мне исполнилось семьдесят.
Круглое, красивое число.
И всё же оно не принесло радости.
Даже торт невестки был безвкусным.
А может, я просто потеряла аппетит — и к сладкому, и к вниманию.
Долго я думала, что старость — это одиночество:
тихий дом, телефон, который никогда не звонит, пустые выходные.
Я считала это самой большой болью.
Теперь знаю: страшнее пустоты — дом, полный людей, в котором ты стала невидимой.
Мой муж умер десять лет назад.
Мы прожили вместе сорок лет.
Он был простой и надёжный че