Вера Стренова

В дороге случилась неприятность. Дмитрий подумал, что дед уснул, но голова его моталась как-то уж совсем неестественно. – Дед, эй, дед.... Дед не реагировал. Эстакада – машину не остановить. Дмитрия захолонуло – уж не помер ли дед? Как только появилась возможность, остановился. Выскочил из машины, обежал, взял деда за голову, приподнял, стукнул по щетинистой щеке. – Эй, ты чего? Дед! Дед открыл глаза, сдвинув брови глянул на него, с обидой резко оттолкнул его руки. – О, Господи! Напугал... Ты так больше меня не пугай, пожалуйста. Скоро приедем, потерпи.  Начало рассказа Квест: собрать коляску, пандус, сумки, лестница, лифт ... Дмитрий радовался, что многое для инвалидов было предусмотрено, но и трудности были: долго не мог открыть двойную дверь подъезда – заело задвижку. Дед сидел в коляске, смотрел на окна дома. Но вот, наконец, въехали в квартиру. Дмитрий побежал за оставшимися сумками, а когда вернулся, деда в прихожей уже не было. Коляска стояла в зале перед фотографией семьи, дед

В дороге случилась неприятность. Дмитрий подумал, что дед уснул, но голова его моталась как-то уж совсем неестественно. – Дед, эй, дед.... Дед не реагировал. Эстакада – машину не остановить. Дмитрия захолонуло – уж не помер ли дед? Как только появилась возможность, остановился. Выскочил из машины, обежал, взял деда за голову, приподнял, стукнул по щетинистой щеке. – Эй, ты чего? Дед! Дед открыл глаза, сдвинув брови глянул на него, с обидой резко оттолкнул его руки. – О, Господи! Напугал... Ты так больше меня не пугай, пожалуйста. Скоро приедем, потерпи.  Начало рассказа Квест: собрать коляску, пандус, сумки, лестница, лифт ... Дмитрий радовался, что многое для инвалидов было предусмотрено, но и трудности были: долго не мог открыть двойную дверь подъезда – заело задвижку. Дед сидел в коляске, смотрел на окна дома. Но вот, наконец, въехали в квартиру. Дмитрий побежал за оставшимися сумками, а когда вернулся, деда в прихожей уже не было. Коляска стояла в зале перед фотографией семьи, дед

- И что теперь делать? – задумчиво пробормотал Иван Степанович, посмотрев сначала в одну сторону, а затем – в другую. Машин на дороге не было. А его собственная машина застряла в снегу. И так неудачно застряла, что выбраться из этого «снежного плена» у него никак не получалось. Иван Степанович и так уже пробовал, и сяк: автомобиль буксует на одном месте, а с места не трогается. Впрочем, он сам, конечно, виноват. Надо было не торопиться, успокоиться, обмозговать всё хорошо, а он… …в общем, когда машину только на обочину вынесло, Иван Степанович растерялся, попытался побыстрее выехать обратно на дорогу и, резко выкрутив руль влево, он с силой вдавил педаль газа в пол. Но перестарался малость. Его машина, вместо того, чтобы ехать в заданном направлении, лишь сильнее «зарывалась» в снег. И только когда понял, что еще немного и машина «сядет брюхом» на асфальт, он убрал ногу с педали газа. - Приехали… - недовольно пробормотал Иван Степанович, ударив обеими руками по рулевому колесу. Потом

Автомобиль с грохотом пронесся мимо. Он тут же выскочил из своей машины и помчался к малышу: — Жив? — схватил он его, понимая, что грузовик каким-то чудесным образом сумел не раздавить кроху... Он ехал, сам не зная куда. Но неизвестность отнюдь не пугала. Скорее, наоборот, он бы с радостью хотел забыть все то, что было ему известно на сегодняшний день... Как жаль, что нельзя взять и стереть прошлое обычным, школьным ластиком. Поэтому он просто ехал вперёд. Давил на педаль газа, и дорога сама выводила его в неизвестные города и их окрестности. Обычный мужчина средних лет. Правда, немного уставший. Одежда слегка помятая. А вот взгляд... Почему-то, когда администраторы придорожных отелей видели этот взгляд, они отводили глаза. Но он уже привык и давно никого не осуждал. Он ехал по дороге. От кого бежал? И зачем? Наверное, от самого себя. Но, как говорится, от себя не убежишь... В салоне автомобиля лежал ноутбук. Он останавливался, где придётся, и работал. В душе в такие минуты возникало н

Галя вышла из автобуса у действующей церкви. Прямо, как нарочно. Церковь стояла на высоком берегу, отовсюду были видны ее купола, сверкающие позолотой.  Галина покосилась на ружье, потом на крест, и пошла пешком через площадь по нужному адресу. Ей казалось, что дома, где жила Люба, были не столь и далеко. Но она немного просчиталась – идти пришлось довольно долго.  Начало И вот, наконец, жёлтые трехэтажки по улице Грибоедова. Галя как-то быстро нашла дом, подъезд, медленно и настороженно начала подниматься по ступеням. Ага, вот она – квартира пятнадцать.  Галя быстро спустилась, нашла себе закуток меж задних стен сараев. Они почти скрыли ее, и она, как опытный снайпер, очень спокойно и довольно умело достала и развернула от тряпиц ружье, зарядила патроны. Если б кто-то видел ее сейчас со стороны, то решил бы, что перед ним заправский стрелок-профессионал. Наука, полученная в детстве, остаётся с нами на долгие годы. Она положила ружье обратно в сумку, чуть прикрыв высунутый ствол, и на

Часть 6 – Товарищ капитан, разрешите обратиться? Я слышал Вы запросы делаете. А мне можно?  – Проходи Воюшин, – капитан Ефремов сегодня расположен был к беседам с курсантами. У него радость – жена родила сына. Настроение было философским с грустинкой. Уж очень тревожным было нынче время. Начало истории Предыдущая часть 5 – Кстати, поздравляю Вас с рождением сына! – торжественно-парадным голосом рапортовал курсант. Ефремов Воюшиным был доволен. Детдомовец, из беспризорников, не всегда из таких получаются хорошие бойцы, но этот радовал. – Спасибо, Воюшин. Чего там у тебя?  – Можно запрос на родителей сделать. Вы вот Никитину помогли... – Запрос? Ну, попытка не пытка. Почему б не сделать? Сейчас эта контора нормально работает, – он взял в руки ручку, подвинул бумагу, – Та-ак. Отвечай – о чем знаешь. Имя, отчество, фамилия отца, год рождения... Матери... Адрес... Николай отвечал уверенно, капитан писал. – Мы из раскулаченных, – вдруг произнес курсант. – Что? – Ефремов поднял голову от бума