Зинаида Коробкова (Суроегина)

– Ох, и сюрпризик ждёт дома нашу Мари-иночку! Ох, и сюрпризик!  Светка Завьялова стояла в кругу девчонок соседнего отряда. Только что их команда проиграла в пионербол, и Светка злилась. Марина била мячом по земле, ни о чем не спрашивала, но слушала внимательно. – Папочка ее другую мамку привел. Да ещё и с дитём. Не иначе как – не просто так дочку в лагерь отправил. Специально, чтоб – раз и сюрпризик! Марина оцепенела, перестала стучать. А потом решила, что Светка врёт. Этого просто не могло быть. Она размахнулась и сделала вид, что бросает в них мяч, девчонки приосанились, прикрылись. – Врешь! – мяч она не бросила, сделала вид, что и внимания не обратила на эти глупые слова, развернулась и направилась со стадиона. – А вот сама увидишь, – крикнула ей в спину Светка и добавила уже тише, – Вот уж семейка! А у Маринки аж в глазах потемнело от слов этих. Как это? Как это – другая мама? Она вспомнила, как старательно отец выпроваживал ее в пионерский лагерь. Стиснула зубы. Этим вечером ни с

– Где ты взяла это? – Марго взмахнула ресницами. Теперь, когда Марго была лысая, ее ресницы казались ещё длинней. – Места надо знать! – из-под подола Наташка достала круглый белый каравай и ломоть колбасы. Она подмигнула девчонкам. Яркие ее голубые глаза с характерным монгольским разрезом и стрельчатыми бровями бегали по комнате – не видит ли кто? – Где-где. Опять украла, – констатировала Соня.  – А вот и нет. Заработала. Для вас старалась, глупые. Пожрем хоть нормального хлебушка с колбаской. К началу Они спрятались под деревянной лестницей детского дома. Тут и устроили трапезу. Хлеб был вкусный, рассыпчатый, свежий. Колбаса домашняя отдавала чесноком. Хотелось держать ее во рту долго. Когда прошлой осенью присоединили к ним группу малолетних преступников, они испугались. Даже девчонки-колонистки вели себя по-хамски. На пол полетели вещи – самые наглые выбирали себе койки получше. Потом их пристрожили – прям на глазах у всех директриса выпорола в кровь тринадцатилетнего пацана. Он д