Денисенко Вячеслав

В 2013 году тогдашний министр обороны Сергей Шойгу приказал забыть слово «портянки». Казалось бы — ну и слава богу, XXI век на дворе. Кто вообще станет наматывать тряпку на ногу, когда есть носки? А между тем целые армии мира делали именно это на протяжении двух с лишним столетий. И не потому, что были бедными или глупыми. Портянки в армии СССР, Российской империи, Вермахте и финской армии — это не пережиток прошлого, а продуманное решение. Система, где кирзовые сапоги и портянки работали в связке так же точно, как поршень и цилиндр в двигателе. Зачем солдаты носили портянки? Почему портянки лучше носков в условиях реальной войны? И как прямоугольный кусок ткани размером 35 на 90 сантиметров спасал ноги от ампутаций? Давайте разбираться! История портянок в русской армии начинается с человека, который терпеть не мог бессмысленные жертвы. В 1783 году князь Григорий Потёмкин написал Екатерине II докладную записку, от которой у армейских щёголей того времени случилась бы истерика. Суть бы

В январе 1945 года, когда мороз сковывал землю Польши, советские войска вошли в Освенцим - место, где человечность умирала в чёрном дыме крематориев. Концентрационный лагерь, известный как Аушвиц, стал символом ужаса, фабрикой смерти, поглотившей жизни полутора миллионов человек. Среди них была женщина, чьи воспоминания до сих пор леденят кровь. Её имя Александра Глушко, и эта история - крик из прошлого, который не даёт забыть о том, что творилось за колючей проволокой. Это рассказ о боли, стойкости и чуде выживания в аду, созданном нацистами. Из мирной жизни в лапы войны Днепропетровск. Год 1941. Эвакуация под бомбёжками. Фото: proza.ru Александра родилась в Днепропетровске, в городе, где солнце отражалось в водах Днепра, а жизнь казалась полной надежд. Ей было чуть за двадцать, когда она впервые уехала в отпуск, мечтая о будущем. Но 22 июня 1941 года всё изменилось. Война ворвалась в её жизнь, как ураган. Через два месяца Днепропетровск пал, и Александра, молодая и отважная, решил

Георгий Константинович Жуков Судьба палачей расстрелявших царскую семью сложилась по-разному. На данный момент точно известны личности лишь пяти участников этого преступления. Среди них комендант Дома особого назначения Яков Юровский, его помощник Григорий Никулин, член ЧК Михаил Медведев-Кудрин, комиссар Петр Ермаков и начальник охраны дома Павел Медведев. Современные "необольшевики" сколько угодно могут оправдывать совершенное злодеяние. Однако убийство жены, детей и прислуги вообще трудно чем-то оправдать. Некоторые из исполнителей получили по заслугам. Павел Медведев уже в 1919 году попал в плен к белым, которые посадили его в тюрьму, где он скончался от тифа. У Якова Юровского в 1920 году начались проблемы с желудком, от которых он тоже скончался в 1933 году. Другие благополучно продолжили жить и здравствовать. Медведев-Кудрин занял должность в НКВД и прожил еще 46 лет. Григорий Никулин дожил до 71 года. Петр Ермаков был лишь исполнителем. Однако в своих мемуарах рассказывал, что