Владимир Гринишин

Летом 1941 года советские учёные вскрыли в Самарканде гробницу Тимура — того самого Тамерлана, чьё имя веками внушало страх от Индии до Средиземноморья. Через несколько дней началась Великая Отечественная война. Так родилась одна из самых живучих легенд XX века: будто бы археологи потревожили прах грозного завоевателя и навлекли беду на страну. Речь шла не о случайной авантюре, а о вполне официальной научной экспедиции. В 1941 году в Самарканде работала группа советских специалистов, занимавшихся исследованием мавзолея Гур-Эмир — знаменитой усыпальницы Тимура и его потомков. Советскую науку в то время особенно интересовали антропологические реконструкции исторических деятелей. Одной из центральных фигур этой работы был антрополог и скульптор Михаил Герасимов — тот самый учёный, который разработал метод восстановления внешности по черепу. Вскрытие захоронения Тимура должно было дать материал для реконструкции его облика и уточнения некоторых данных о происхождении, возрасте, травмах и

Раньше я любил темноту. В ней было что-то первобытно-успокаивающее, честное. Под землей нет ни погоды, ни времени, ни фальши. Там есть только абсолютный, плотный мрак и тишина, от которой через несколько часов начинает звенеть в ушах. Но сейчас я сплю только с включенным ночником. И если ночью в квартире вдруг моргнет и погаснет свет, меня начинает бить крупная дрожь. Главное неписаное правило пещер звучит просто: никогда не отходи от промаркированного маршрута в одиночку. В ту экспедицию я нарушил его всего на пять метров. Я лишь хотел заглянуть в неизученный боковой лаз — узкую известняковую расщелину, уходящую немного вниз. Я протиснулся туда, опираясь на локти, и в этот момент порода подо мной предательски осыпалась. Я проскользнул вниз по гладкому, как стекло, отвесному желобу. При падении сильно ударился плечом и выронил из рук мощный основной фонарь. Он с лязгом улетел в невидимую пропасть. Резервный налобник мигнул и выдал тусклый, желтый луч. Обратного пути по скользкому отвес