Tanay Serqeeva

С нами вместе сегодня песню пропой Про зелень стекла и дым, Эту песню для нас написал Виктор Цой. Он так мощно писал, что безумствовал зал, И песни те пел и ты, Это было давно, и моложе мы были с тобой. Перемен, перемен мы хотели тогда, Перемены, конечно, произошли. Лучше будет иль нет, этого мы не знали тогда, Но за песнями Цоя хотели, горели и шли. Виктор Цой - наш кумир, и им будет всегда, Своей песней сердца нам зажёг, Навсегда оставляя в них свой пламенный след. Он горел, и светил, удивляя тогда, И огнём освещал мир, как мог, Как Данко своё сердце зажёг он однажды для всех... Перемен, перемен мы хотели тогда, Перемены, конечно, произошли. Лучше будет иль нет, этого мы не знали тогда, Но за песнями Цоя хотели, горели и шли. С нами вместе сегодня вспомни и ты Песню Цоя про "Бошетунмай", Где есть газ, телефон в старых квартирах и свет, Это песня не только о том, что пьём чай, И что вместе сегодня мы все, Но о том, что за слово такое "бошетунмай". Виктор Цой - песней своею зажёг Нам с

Как глубокий и преданный почитателей того театра Марка Захарова, который был все же при Захарове (а не вот всего того, что есть сейчас) я благодарна Марку Захарову за то, что он сохранил спектакль "Юнона и Авось" после того, как Караченцов.... стал, мягко говоря, неспособен играть на сцене. Общеизвестно, что автор поэмы "Юнона и Авось" вообще, кроме Шаниной, никого в роли Кончиты не принимал. Я видела "Юнону" в разные годы, с Караченцевым, с Певцовым и со Шкаликовым в роли графа Резанова. Очень жалею, что не увидела в этой роли Ракова. И если для меня в исполнении Караченцева это была, скорее, история о неземной любви (хотя он поступил, конечно, как скотина), то при исполнении Певцова - это совсем другой спектакль и совсем другой театр. Это история о русском офицере, в первую очередь. Кому стало лучше, что не идет теперь в Ленкоме "Звезда и смерть Хаокина Мурьетты"? И я рада что Лазарев - младший поставил все же в театре "Поминальную молитву". Вот! О чём я и говорила. Без этого искренн