Вера Кондакова (Пинерова)

1941‑й год. Поздняя осень. В маленьком сибирском селе Берёзовка, затерянном среди бескрайних лесов и заснеженных полей, мать проводила на фронт двух сыновей‑близнецов — Ивана и Петра. Они стояли рядом у телеги, почти неотличимые: одинаковые русые кудри, ямочки на щеках при улыбке, пронзительно‑голубые глаза. Только характеры различались — Иван, старший по духу, если не по возрасту, был спокоен и рассудителен; Пётр же, словно подхваченный вечным порывом, горел изнутри неугасимым огнём. — Вернётесь оба, — шептала мать, крестя их на дорогу, и пальцы её дрожали. — Я буду ждать. Каждый день. Каждую минуту. Она стояла на околице, пока телега не скрылась за поворотом, а потом долго смотрела вдаль, будто пытаясь разглядеть их силуэты сквозь туман времени. Разная война, общая боль Иван попал в артиллерийскую часть на Северо‑Западном фронте. Первые месяцы были адом: холод, голод, непрекращающийся грохот снарядов. Но он держался — методично, без паники. Быстро освоил орудие, стал наводчиком. В бо

Он привык к боли. На экране его били, калечили, швыряли об деревья — и он вставал. Но дома его добивали равнодушием. Иван Лапиков, чьё лицо стало символом русского характера, прожил жизнь, которая больше похожа на жестокий эксперимент: сколько может вынести человек, который любит? Его жена бросила их дочь на вокзале и сбежала. А он. . . он годами вымаливал её прощение. Возил ребёнка через всю страну к матери, которая даже не выходила его встретить. Стоял у плиты, пока она презрительно морщилась от запаха его котлет. И продолжал любить. Почему? Его первый крик раздался не в больнице — он родился в поле, на стерне. Июль 1922 года, жара, работа не ждёт. Мать присела среди колосьев, и младенец появился на свет под открытым небом. Грубая земля коснулась его кожи раньше, чем материнские руки. Этот старт определил всё: быть ближе к почве, чем кто-либо другой. Семья Лапиковых была зажиточной — смертный приговор в тридцатые. Когда началась коллективизация, родители бросили всё и побежали. Кочев

В 2013-м году ушел из жизни знаменитый советский и российский поэт-песенник. Странно говорить об этом, потому что у народа создается такое впечатление, что этот человек никуда и не уходил от нас. Все потому, что он сотворил столько гениальных произведений, и все они до сих присутствуют в нашей жизни. Песню «Черный кот» пели в детстве нынешние бабушки и дедушки, а нынче ее поют их внуки, «Погода в доме» и до сих пор любимая песня зрителей, приходящих на концерты Ларисы Долиной. Но слушатели песен Танича в 60-е и 70-е тогда не знали, что этот человек 6 лет провел в самом страшном сталинском лагере. Когда поэт родился в городе Таганроге в 1923-м году, у него была другая фамилия. Танхилевич – это фамилия отца Михаила, который, будучи евреем, женился на русской женщине. Исаак Самойлович не был простым работягой, он работал начальником коммунального хозяйства Таганрога. Большая должность, высокий оклад – все это позволяло Танхилевичу прекрасно содержать семью. Изменилось это, когда Михаилу и