МИР ИСТОРИИ и КУЛЬТУРЫ

Его знают все. Папаха, усы, бравая осанка — покажите эту картинку кому угодно, и вам скажут: Чапаев. Герой Гражданской войны, командир дивизии, легенда. А теперь главное: никто не знает, где он похоронен. Прошло больше века. Искали. Копали. Проверяли каждую версию. Результат — ноль. Тело начдива исчезло так, будто его и не было. 5 сентября 1919 года около трёх часов ночи казаки атаковали город Лбищенск на Южном Урале. Там находился штаб 25-й дивизии Чапаева. Налёт был молниеносным — погибло около 1500 красноармейцев, ещё 800 попали в плен. Самого Чапаева среди мёртвых не оказалось. Версия, которую знают все, проста: раненый начдив попытался переплыть Урал и утонул. Эту историю растиражировал роман Фурманова, потом фильм 1934 года. Красиво, драматично, героически. Только есть нюанс. Фурманов в момент гибели Чапаева находился далеко от Лбищенска. Он писал со слов выживших, а те, понятное дело, в панике мало что запомнили. Кровь, крики, темнота, бегство к реке — в такой сумятице не до под

Когда в 1981 году археологи раскопали могилы на острове Кинг-Уильям, они нашли кости с царапинами. Ножи. Термическая обработка. Вываривание костного мозга. 129 человек отправились искать Северо-Западный проход в 1845 году. Вернулся ноль. Erebus и Terror. «Мрак» и «Ужас» — так назывались корабли. Для исследовательской экспедиции, скажете, странно? Британский флот всегда отличался своеобразным чувством юмора. Но на этот раз названия оказались пророческими. Контр-адмирал Джон Франклин был звездой. В 59 лет он участвовал в Трафальгарской битве, получил ранение в англо-американской войне, плавал к Австралии с Флиндерсом. Целеустремленный, энергичный, медийный. Из тех, кто должен был войти в историю рядом с Амундсеном. Вместо этого его знают по роману «Террор» Дэна Симмонса. И даже та мистика, что накрутили писатель и телеканал AMC, меркнет перед реальностью. В XIX веке полярники были космонавтами своей эпохи. Общественность «бредила» Арктикой так же, как в 1960-х космосом. Каждая экспедиция

Рязанский князь Фёдор поехал к Батыю с богатыми дарами. Надеялся договориться, уберечь город от разорения. Хан принял подношения, но потребовал большего. Один из вельмож донёс ему, что жена Фёдора красивее всех женщин в Рязани. Батый захотел её увидеть. Сказал князю прямо: приведи жену, дай мне изведать её красоту на своём ложе. Фёдор отказал. Сказал, что христиане своих жён нечестивцам на блуд не водят. Батый приказал убить его вместе со всей свитой. Тела бросили на растерзание зверям. Когда княгиня Евпраксия узнала о смерти мужа, она поняла: Рязань падёт. Понимала, что ждёт её саму. Поднялась на высокий терем, взяла на руки маленького сына Ивана. И шагнула в пустоту. Выбрала смерть. Не позор. Это был декабрь 1237 года. Начало монгольского нашествия, которое растянется на два с половиной столетия. И женщины заплатят за него особую цену. Для завоевателей они всегда были главным трофеем. Как земли, как золото. Монголы не скрывали своих намерений. Чингисхан ещё при жизни объявил, что гла

23 мая 1430 года. Город Компьень. Жанна мчится на коне обратно к городским воротам, но бургундцы уже отрезали пути к отступлению. Мост начинает подниматься. Она машет — её же люди запирают её снаружи. Несколько стрел проносятся мимо. Ещё одна застревает в щите. За спиной — сотни вооружённых солдат противника. Через несколько мгновений её стащат с коня. А через год предадут огню. Но это будет потом. А началось всё в тихой деревушке Домреми, где девочка из семьи зажиточных крестьян вдруг заявила, что слышит голоса архангелов. В 1412 году во Франции рождались сотни детей. Никто не думал, что одна из них через семнадцать лет изменит ход Столетней войны, которая к тому моменту тянулась уже почти век. Жанна росла обычной девочкой. Помогала отцу с хозяйством, пасла скот, молилась. Но с тринадцати лет стала говорить о видениях — архангел Михаил, святые Екатерина и Маргарита будто являлись ей и твердили одно: спаси Францию. Надо понимать атмосферу того времени. Страна разваливалась на части. Ан

Восемь утра без четверти. Моряк Анатолий Охрименко наливает себе чай в кают-компании «Бокситогорска». За бортом бушует десятибалльный шторм, корабль качается, но держится. Еще несколько минут — и вся его жизнь изменится навсегда. Внезапный удар сбивает с ног. Вода врывается в помещение, хлещет со всех сторон. Анатолий успевает крикнуть товарищу одно слово — «Прыгай!» — и выбрасывается за борт. Когда приходит в себя, вцепился мертвой хваткой в киль перевернутого судна. Вокруг — ледяная вода и крики. Это был 19 января 1965 года. День, когда Берингово море забрало сто шесть жизней. Четыре советских траулера исчезли в ледяной пучине всего за несколько часов. О трагедии потом напишут скупо — короткую заметку в «Правде», которую многие даже не заметят. Но для тех, кто был там, эта ночь растянулась на целую вечность. Беринговоморская экспедиция начиналась как обычная зимняя операция. С 1959 года каждую зиму к островам Прибылова выходили десятки рыболовных судов — порой до двухсот кораблей одн

«Ты не переживешь двух недель», — бросил врач, глядя на десятилетнюю девочку, дрожащую от лихорадки. Ева Мозес лежала в бараке лагеря Освенцим, куда ее привезли месяц назад вместе с семьей. Родителей и старших сестер отправили в газовую камеру сразу на платформе. А ее с сестрой-близнецом Мириам забрал человек в белом халате. Его звали Йозеф Менгеле. Заключенные называли его «Ангелом смерти». Было лето 1944 года. Через девять месяцев Ева и Мириам станут частью самой маленькой группы выживших в истории концлагерей — всего около 300 человек из почти 3000 близнецов, попавших в лабораторию Менгеле. Но пока девочка лежала с температурой под сорок, пытаясь не умереть. Каждый день она шептала себе одну фразу: «Я должна выжить. Я должна выжить». Потому что если она умрет, Мириам убьют тоже. Такими были правила в бараке близнецов. На железнодорожной платформе Освенцима немецкий офицер остановил их мать Яффу и спросил, указывая на девочек: «Они близнецы?» Женщина замешкалась. В этом месте каждый

Восемьдесят лет архивы ФСБ хранили докладные записки из послевоенного Берлина. Когда их рассекретили, стало ясно: победители вели себя не как освободители. Май 1945 года. Берлин лежал в руинах, но жизнь продолжалась. Союзные державы разделили город на оккупационные зоны — советскую, американскую, британскую и французскую. Для контроля своей территории СССР создал Советскую военную администрацию в Германии. Казалось, худшее позади. Война закончилась, нацисты повержены. Берлинцы получили продуктовые карточки, начали восстанавливать дома. В каждом секторе работали оперативные группы — следили за порядком, искали военных преступников. Но уже к сентябрю в советскую администрацию стали поступать тревожные донесения. Начальник Берлинского оперсектора Алексей Сиднев докладывал наркому внутренних дел напрямую. Его записки не оставляли сомнений: американцы, британцы и французы творили в своих зонах то, против чего сами же воевали. «Случаи мародерства, побоев и насилия американцев над немцами про

Помните маленькую металлическую баночку с синей этикеткой? Весом всего 250 граммов, она стояла на полках советских магазинов рядом с обычной тушёнкой. Стоила дешевле. А внутри было китовое мясо. Вкус странный — как будто нежная говядина решила притвориться рыбой. Многие морщились. Добавляли лук побольше, чтобы перебить этот морской привкус. Но покупали. Ещё как покупали. Потому что цена кусалась меньно, чем у обычной мясной тушёнки. А в эпоху дефицита это был весомый аргумент. Срок хранения — целый год при комнатной температуре. Идеально для экспедиций, походов, поездок на дачу. Государство даже рекламу запустило. Редкость для СССР. Печатали рецепты: котлеты с китовым мясом, начинка для пирожков, добавка к картофельному пюре. Консервативные советские граждане не сразу распробовали заморской деликатес. А потом всё резко оборвалось. В 1987 году китобойный промысел запретили. Баночки с синими этикетками исчезли с прилавков навсегда. Причина — катастрофическое падение численности китов по

Представьте: 1 700 000 пехотинцев, 80 000 всадников, полмиллиона моряков. Плюс союзники — ещё 320 000. И 7 363 женщины в походных публичных домах. Такую армию, по словам Геродота, привёл персидский царь Ксеркс против Греции. А теперь посчитаем. Только чтобы прокормить такую ораву один день, нужно минимум 10 000 тонн зерна и 20 миллионов литров воды. Обоз растянулся бы на 300 километров. Такая колонна шла бы мимо одной точки две недели подряд. Греки в то время — все вместе, со стариками, женщинами и детьми — насчитывали 4 миллиона человек. Половина городов вообще не воевала с персами. Остальные выставили от силы 40 000 воинов. Если верить Геродоту, на одного грека приходилось 60 врагов. Марафон, Фермопилы, Саламин — всё это греки выиграли в таком диком меньшинстве? Нет, конечно. Немецкий военный теоретик Ганс Дельбрюк в XIX веке взялся пересчитать античные армии заново. Он учёл логистику, экономику, дороги. Вывод: армия Ксеркса насчитывала максимум 80 000 человек. Персидская империя тео

Стоишь в Капитолийском музее перед мраморным бюстом патриция. Характерный римский нос, благородный профиль, волевой подбородок. Выходишь на улицу — и никого похожего. Куда делись римляне? Рим просуществовал почти две с половиной тысячи лет. От основания легендарными близнецами в 753 году до н.э. до падения Константинополя в 1453-м. Империя оставила после себя дороги от Британии до Египта, акведуки в Испании, амфитеатры во Франции. Но сам римский народ — растворился. Странно, правда? Персы остались персами, китайцы — китайцами, евреи пронесли свою идентичность через тысячелетия рассеяния. А римляне исчезли, словно их и не было. Самое удивительное — они были не одним народом изначально. В основе Рима лежала смесь латинов, сабинов и этрусков. Греческие колонисты с юга активно смешивались с римлянами. Когда государство включило весь Апеннинский полуостров, все италийские племена получили римское гражданство. Стали полноправными римлянами. Рабы тоже вписывались в эту историю неожиданным обр