Ираида Старостина

Валентина Семёновна закрыла за собой дверь школьного кабинета, повернула ключ в замке. Сегодня она хотела написать заявление на увольнение, но директор уговаривал её остаться ещё на год. Пожилая учительница, немного подумав, согласилась. Школа была её миром, а квартира, где её ждали лишь тишина и воспоминания о покойном супруге, — нет. Валентина Семёновна была учителем с огромным стажем, имела высшую категорию, и её зарплата составляла около пятидесяти тысяч рублей, а пенсия — тридцать тысяч, которую она почти полностью откладывала. К концу учебного года на её сберегательном счете скопилось шестьсот тысяч рублей. Сумма, которая казалась ей одновременно и значительной, и хрупкой. Пенсионерка копила не просто так, она хотела обеспечить себе спокойную старость, иметь подушку безопасности на случай болезни или для поездки в санаторий. Однажды вечером, в воскресенье, к ней приехали сын и дочь. Олег был с женой Ириной, а Наталья — с мужем Дмитрием. После ужина, когда на столе стоял чай и

Анна стояла перед зеркалом в свадебном платье и не могла поверить, что этот день наконец настал. Белоснежное кружево, фата, букет из роз — всё было идеально. Мама поправляла вуаль, вытирая слёзы счастья, отец ждал у двери, чтобы отвести дочь к алтарю. — Ты такая красивая, Анечка, — мама обняла её за плечи. — Дмитрий — хороший парень. Вы будете счастливы. Анна кивнула, улыбаясь. Она действительно верила в это. Дмитрий был внимательным, заботливым, никогда не повышал голос. Встречались они почти три года, и всё это время он был идеальным женихом. Они познакомились на работе. Анна трудилась в бухгалтерии крупной компании, Дмитрий — в отделе продаж. Он первым заговорил с ней в столовой, спросил, можно ли присесть за её столик. Потом начали пить кофе вместе, гулять по вечерам. Он дарил цветы, провожал до дома, звонил каждый день. Дмитрий был из хорошей семьи. Родители его работали врачами, сестра училась в медицинском. Воспитание строгое, правильное. Он не пил, не курил, в церковь ходил по

Поминки были в самом разгаре, хотя это странное слово «разгар» совершенно не вяжется с трауром. В зале столовой, которую мы арендовали для прощального обеда, стоял тот тяжелый, густой запах ладана, воска и почему-то котлет. Знаете этот запах? Он потом неделями не выветривается из волос и одежды. Я сидела во главе стола, как и положено вдове, в черном платке, который всё время сползал, и