Владимир Ефремов

Самовар был стар. От многочисленных чисток и долголетней яркой горячей жизни бока его поблекли. Уж не блистал он так, как бывало блистал в годы молодые. Однако жил. Вернее, мог бы жить, греть и даже кипятить, будь у него хозяева. Но вот уж года четыре, как покрывался он пылью. А в последние месяцы ещё и исполнял функцию охотника на мух – от одной из его витиеватых старинных ручек до ажурной конфорки деловитый и суетливый паук выплел свои сети. Паук его щекотал и раздражал, но пришлось смириться. Во-первых – сделать он все равно ничего не мог, во-вторых – мух он ненавидел тоже, а в-третьих – ну, хоть какое-то развлечение. Вечерами, когда за окном наступала темень, а тонкие ветви вишни стучали в окно, он скучал по своей бывшей хозяйке. Бывало принесет баба Нюра колодезной водицы, наполнит его латунные бока, напялит трубу, подкинет в жаровню щепок и шишечек. Самовар не скоро, немного вальяжно и важно начнет свою работу, а баба Нюра выставит на стол розеточку с вареньем, розеточку с медом

Она медленно двигалась в плотном потоке людей, хотя сутолоку метро никогда не любила. Старалась раньше на работу ездить троллейбусом. Это было удобнее и спокойнее. Но теперь, когда ей аккуратно и интеллигентно намекнули на то, что пора на пенсию, и когда она, улыбнувшись, кивнула и ушла, всё в жизни стало иначе.  Конечно, конечно... Молодые сейчас работают совсем не так. Они быстрее, острее и знают толк в интересах современной аудитории. Они – будущее, а она– прошлое. И все доводы о вдумчивости, о высоком уровне владения языком, о знании нюансов и тонкостей редакторского дела, лишние. Просто надо было уступить свое место молодым и горячим. Никому уже не интересна скучная престарелая старая редакторша. Да, опыт у неё солидный, но издательству нужна живая струя. Маргарита Сергеевна Головина не осталась без работы. Старые заказчики подкидывали ей работу и на дом. Многие не могли поверить, что нет ее уже в издательстве, так привыкли много лет работать именно с ней.  Но работы становилось в