Галина Павличенко

Светлана смотрела на отражение в зеркале прихожей и не узнавала себя. Бледная кожа, тени под глазами и вечно поджатые губы. Где та смешливая девчонка, которая пять лет назад выходила замуж за «самого надежного мужчину на свете»? Надежность Игоря со временем трансформировалась в железобетонную уверенность: Света — это тыл, который никогда не подведет, не устанет и, главное, не подаст голоса. — Светик, ну ты же понимаешь, маме тяжело одной в Самаре, — Игорь произнес это буднично, ковыряясь в телефоне, пока Света накрывала на стол. — У нее давление, суставы… И вообще, она скучает. Света замерла с половником в руке. — Игорь, у нас двухкомнатная квартира. Общая площадь — сорок восемь метров. Куда мы поселим Антонину Павловну? В шкаф? — Зачем в шкаф? — Игорь наконец поднял глаза, и в них не было ни тени сомнения. — Мы переедем в гостиную на диван, а маме отдадим спальню. Там тише, окна во двор. Тебе что, жалко для моей мамы комфорта? — А мой комфорт? Моя работа? Мне нужно место, чтобы готови

Ей даже не пришлось ничего говорить. Звук закрывающейся двери стал самым громким аргументом в их споре. Анна стояла на лестничной клетке, сжимая в руке ручку небольшого чемодана. Внутри не было ни истерики, ни слез — только звенящая, холодная пустота и невероятная легкость. За этой дверью остались десять лет брака, превратившиеся в бесконечный день сурка: стирка, уборка, готовка и вечное чувство вины за то, что она недостаточно идеальна. Последней каплей стал не скандал из-за «пересушенной» курицы, а будничный, брошенный вскользь комментарий свекрови, Маргариты Васильевны: «Анечка, ты бы хоть рубашки Игорю гладила с отпаривателем, а то он на работу ходит, как сирота. Я в свои годы успевала и работать, и мужа обихаживать». Игорь, не отрываясь от телефона, тогда лишь угукнул, даже не подумав заступиться. Анна молча встала, прошла в спальню, побросала в чемодан самые необходимые вещи, забрала из тумбочки путевку в санаторий, которую купила себе на премию и которой так возмущался муж («Зач

Колючий ноябрьский ветер безжалостно швырял в лица прохожих мелкую ледяную крошку, но Олег, казалось, ничего не замечал. Он нервно поправлял лацканы своего безупречного, сшитого на заказ темно-синего костюма, то и дело бросая взгляд на массивные стеклянные двери ресторана «Империал». Сегодня был важнейший вечер в его карьере — ежегодный гала-ужин холдинга «СтройГрупп», где должно было состояться подписание контракта с их главным, но до недавнего времени неуловимым конкурентом и новым стратегическим партнером, корпорацией «Вершина». Таня стояла в двух шагах позади мужа, зябко кутаясь в свое старое, мышино-серое пальто. Оно было куплено еще пять лет назад, когда они только переехали в столицу и экономили каждую копейку, откладывая на первый взнос за машину для Олега. Ткань на манжетах уже слегка потерлась, а фасон безнадежно устарел, но Таня продолжала его носить. Точнее, она надела его сегодня с совершенно определенной целью. Олег обернулся, и его лицо, только что излучавшее уверенность