Стелла Кьярри

— Зачем плодить нищету? —возмутилась свекровь, узнав, что невестка беременна — Твоя мама звонила. Она опять деньги просила. Может, пора сказать, что мы не в состоянии её содержать? — до этого Инна ни разу не говорила Матвею ничего подобного. Супруг действительно помогал свекрови материально, но сейчас их семейный бюджет и без этого трещал по швам. — Дорогая, ты же знаешь, что мама одинока. Ей и так нелегко, — Матвей насупился, отложил телефон и бросил строгий взгляд на жену. — А нам легко?! — сынок постоянно болеет. Ты же знаешь, сколько уходит денег на его лечение? Мы сами еле сводим концы с концами! — Я всё понимаю. Но мама… Она привыкла полагаться на мою помощь. Прости, но я не могу отказать ей… Матвей и Инна познакомились на вечеринке у общих друзей. В то время парень делал первые шаги в построении успешной карьеры, а девушка только‑только окончила институт. Инна была сиротой, которая смогла поступить в вуз и устроиться в жизни благодаря собственному уму и упорству. Именно это и покорило Матвея. Искренняя, храбрая девушка с внутренним стержнем сразу обратила на себя внимание молодого человека. Перед свадьбой Матвей познакомил любимую с мамой. Как только Людмила Сергеевна поняла, что перед ней стоит простушка без приданого, она сразу нахмурилась и принялась придирчиво осматривать будущую невестку. — Чем вы занимаетесь, Инна? — спросила она строгим тоном. — Я работаю в детском саду воспитателем, — скромно ответила девушка. — В детском саду? — с явным пренебрежением переспросила будущая свекровь. — Слышала, воспитатели получают немного. Вас это устраивает? — Главное, чтобы работа нравилась. Я обожаю заниматься с детишками. Этот ответ совершенно не понравился Людмиле Сергеевне, однако она не стала развивать тему дальше. Матвей сидел рядом и буквально сверлил её взглядом, а мать не желала конфликтовать с сыном. Людмила Сергеевна вышла на пенсию очень рано. Раньше она работала на вредном производстве, поэтому стала пенсионеркой в том возрасте, когда другие женщины еще вполне способны строить карьеру. Но Людмила Сергеевна решила, что хочет отдыхать, и работу не искала. Она любила комфорт, но пенсионные выплаты не позволяли ей жить на широкую ногу. Мать постоянно просила деньги у сына. Именно поэтому ей не понравилась Инна. Свекрови хотелось, чтобы невестка была из обеспеченной семьи с деньгами, но Матвей влюбился в бесприданницу. После свадьбы сына Людмила Сергеевна даже не подумала перестать просить у сына деньги. Да и Матвей был так воспитан, что никогда не отказывал матери. Он исполнял все её просьбы, даже когда это становилось для него непосильной ношей. Да и Инна прекрасно знала, что часть заработка муж всегда отдаёт свекрови. Она закрывала на это глаза, не желая вступать в конфликты. Спустя полтора года в семье молодых супругов родился сын — недоношенный и болезненный. С этого момента Инна стала переживать за будущее. Ребенок требовал больших затрат, а она сама была в декрете и не работала. — Милый, давай затянем пояса потуже... И попросим сделать это и твою мать! — сказала как-то раз Инна. Поговорив с мужем, женщина убедила его снизить сумму, которую он ежемесячно перечислял маме. Сначала Матвей сопротивлялся, но когда понял, что их бюджет действительно трещит по швам, согласился. Этот неожиданный поворот стал причиной новых претензий со стороны Людмилы Сергеевны. — Может, тебе пора выйти на работу? — стала говорить она невестке все чаще. — Но я в декрете! Ваш внук ещё совсем маленький. К тому же он часто болеет. Как я могу бросить ребёнка? Может, вы с ним будете сидеть? — Ой, нет. Я слишком долго пахала. Да и ребенок маленький слишком. В общем, не надо никого бросать. Найди себе хотя бы подработку! — Хорошо, поищу, но при условии, что вы будете присматривать за внуком, — гнула свою линию невестка. — Э, нет, — отрицательно покачала головой Людмила Сергеевна. — Я Матвейку одна растила, и никто не помогал мне. Другие матери успевают и с маленькими детьми сидеть, и деньги зарабатывать. Чем ты хуже? Инна слушала свекровь и не верила своим ушам. Подумав, она наотрез отказалась выходить на работу ради того, чтобы Людмила Сергеевна получала от сына прежнюю сумму, а не урезанную. — Знаешь, Матвей, если твоей матери нужны деньги, пусть работает. А то хорошо устроилась! С внуком сидеть не хочет, а меня гонит на работу! И все ради ее блага! Тьфу! — возмущалась она. Отношения со свекровью у Инны стали ещё более напряжёнными. Мать мужа не упускала возможности уколоть невестку, намекая на её несостоятельность. Чуть позже Людмила Сергеевна сменила тактику поведения. Теперь она попрекала Инну не только материальным положением, но и внешними изменениями.© Стелла Кьярри — Почему ты перестала за собой следить? Это всё из-за декрета! — вопрошала и сама же отвечала свекровь. — Когда сидишь всё время дома, лишние килограммы так и норовят прилипнуть. Смотри... Матвей с такой неухоженной женщиной недолго проживет. Найдет себе кого получше. Инна старалась не принимать колкие замечания свекрови близко к сердцу. Она понимала, почему Людмила Сергеевна так ведёт себя. Но однажды поведение матери Матвея вышло за все рамки приличия. На свой двадцать восьмой день рождения Инна решила устроить скромный праздник. Она позвала самых близких людей и накрыла стол дома. — Ну что, дорогая… — когда очередь поздравлять именинницу дошла до свекрови, невестка напряглась. — Поздравляю тебя с днём рождения! Долго думала, что подарить тебе… И вот решила сделать полезный подарок. Надеюсь, ты им воспользуешься. Сказав это, Людмила Сергеевна достала из-под стола корзину в прозрачной упаковке. В ней лежали какие-то маленькие и яркие коробки. Инна сначала подумала, что это заварка или конфеты. Но когда она взяла подарок в руки, то увидела набор для похудения. Там были и специальные чаи, и кремы, и даже таблетки. Свекровь неплохо потратилась, но все лишь затем, чтобы опозорить невестку. Ткнуть ее носом в свою несостоятельность и развить комплексы. Это был самый неприятный момент в жизни Инны. Она и сама знала, что поправилась после родов, но такое открытое унижение при всех было подлым. Её щёки залились краской, а руки задрожали. Инна не стала ничего говорить свекрови, но вечером, когда гости разошлись, она всё высказала мужу. — Ты только взгляни, что подарила мне твоя мама! Это унизительно! — Знаю, — виновато пробурчал Матвей. — Не обращай на неё внимания. Ты же знаешь, почему она так бесится? — Знаю! — Вот и игнорируй её замечания. Просто помни, что я люблю тебя любой. А эти таблетки выброси. Ещё не хватало, чтобы из-за них ты заболела! После этого инцидента Инна отказалась от общения со свекровью. Людмила Сергеевна и сама не горела желанием контактировать с невесткой. Она перестала навещать семью сына, но по-прежнему звонила ему и просила деньги. Эта борьба длилась почти полгода. И вот наступил день рождения Людмилы Сергеевны. На праздник пришли все родственники именинницы. Инна с Матвеем тоже решили пойти после долгих обсуждений. За столом царила непринуждённая атмосфера. Гости произносили тосты, поздравляли виновницу торжества, дарили подарки. Когда очередь дошла до Инны, она поднялась, взяла бокал в одну руку и небольшой свёрток — в другую. — Людмила Сергеевна, поздравляем вас с днём рождения. Хотим пожелать здоровья и счастья. А счастье — это не только финансовое благополучие, но и независимость. Мы с Матвеем долго думали над тем, что подарить вам, и решили сделать действительно полезный подарок. Закончив произносить тост, Инна вышла из-за стола и протянула свёрток свекрови. Всё это время Матвей сидел на месте, будто не хотел во всё это вмешиваться. Он был взволнован. — Ой, спасибо, — искренне обрадовалась именинница. — А что это? — Подарок. Откройте и посмотрите, — спокойно ответила невестка. Людмила Сергеевна стала с любопытством разрывать упаковку. Она убрала со свёртка подарочную бумагу, а потом стала разворачивать газету, полагая, что внутри неё спрятан футляр с украшениями или, может быть, несколько купюр. Но, к удивлению женщины, там было пусто. Свекровь подняла глаза на невестку и разочарованно спросила: — А где подарок? — Как где? — язвительно ответила Инна. — Вот он, перед вами. — Это же просто газета… — Это не просто газета, — с ещё большей иронией проговорила невестка. — Это газета с объявлениями о работе. Мы с Матвеем очень надеемся, что вы ею воспользуетесь. Ведь теперь помогать деньгами мы вам не сможем. Я беременна вторым ребёнком, и сейчас нам и самим понадобится ваша помощь. После сказанного Инной в комнате повисла пауза. Гости переглянулись, не зная, как реагировать на такую откровенность. Сама же именинница покраснела. Она бросила разочарованный взгляд на сына, пытаясь надавать на жалость. Но Матвей, сидящий рядом с супругой, лишь пожал плечами. В его глазах не было мягкости по отношению к матери. Его взгляд был решительным. — Вы что... Решили плодить нищету?! — наконец, спросила Людмила Сергеевна. — Не говори так, мама. У нас будет второй ребёнок, и этот ребенок не менее любимый и желанный. Деньги здесь ни при чём. А если тебе не хватает пенсии, попробуй устроиться на работу. Услышав это, Людмила Сергеевна скомкала газету и села на место, даже не смотря в сторону сына. Она так и не нашла подходящих слов, чтобы ответить Матвею и Инне. Этот момент стал переломным в отношениях матери и сына. Как бы Матвею ни хотелось помогать маме финансово, но он понимал, что не сможет потянуть это дело. Их семейный бюджет с Инной был ограниченным, а с рождением второго ребёнка расходы стали бы больше. Несколько дней после праздника Людмила Сергеевна не выходила на связь с сыном. Матвей пытался звонить ей, но она сбрасывала вызовы. Инна успокаивала мужа, говоря, что он не виноват в поведении матери. Спустя неделю Людмила Сергеевна всё-таки взяла трубку. Её голос звучал сухо. — Чего тебе? — с ходу спросила она Матвея. — Почему не отвечаешь на мои звонки, мама? Я не хотел, чтобы всё дошло до этого. Нам действительно тяжело сейчас. Сын постоянно болеет, у Инны сильнейший токсикоз, а скоро и второй ребёнок родится. Не могу я помогать тебе деньгами каждый месяц. Если что-то срочное и важное будет, говори, решим проблему. А так тебе лучше и правда стать более самостоятельной и поискать работу. — А я уже нашла, — гордо заявила Людмила Сергеевна. — Буду работать администратором в салоне красоты в соседнем доме. — Что? Правда? — Матвей не поверил своим ушам. — Правда. Вынудили мать... пахать до старости. Матвей не ответил. Он был рад, что мама услышала его и решила вернуться в строй. И хотя отношения с Инной у Людмилы не наладились, со временем она поняла, что не зря вернулась к работе. У нее появились новые подруги и увлечения, а еще бесплатные сервисы в салоне красоты. А главное, ей больше не приходилось ждать, пока сын соизволит оторвать от сердца кусок зарплаты. Матвей и Инна тоже выдохнули с облегчением. Теперь им не нужно было оправдываться за свои личные траты и ссориться из-за безработной свекрови, а потому они могли уделять больше внимания детям и сохранить в своей семье мир.

— Мужчина в доме хозяин, — заявил жених невесте Гости едва расселись за праздничным столом по случаю дня рождения Вали, а ее брат, Алёша, уже встал во главе и, приподняв бокал, начал поздравлять в своей манере. — В общем, дарим мы полезный подарок. Набор посуды, — сказал он, вытаскивая из-под стола подарочный пакет. Валя удивленно подняла брови. Она просила подарить ей торшер, а не посуду... — Спасибо, — пробормотала она, натянуто улыбаясь. Женя, невеста Алёши, покраснела от смущения за ситуацию и незаметно вынула из кармана маленький сертификат в магазин «уютного света», купленный лично от себя. Алёша этого не увидел, продолжая свою речь. — Посуда пригодится в любом хозяйстве. Это Женечка так сказала, когда мы выбирали подарок. Вы же знаете, как у нас всё устроено. Я — голова в семье, а Женечка — шея. Она задаёт направление, а я двигаюсь. Вот, например, ремонт в нашем доме, вы все там бывали. Кто у нас обои подбирал? Женя. Кто выбрал плитку? Женя. А кто всё проверял, перепроверял и утверждал, чтобы получилось как надо? — он ткнул пальцем в грудь. — Правильно. Я. Валя хихикнула: звучало это так уверенно, что можно было поверить. Алёша говорил про их «идеальное взаимопонимание», про то, что «в их доме каждый знает своё место», и делал это такой напыщенной серьёзностью, что если бы за столом сидели чужие люди, то у них непременно возникло чувство: у этой пары действительно все идеально. Женя вела себя скромно, улыбалась, а когда поздравления закончились, она наклонилась к мужу и попросила его поухаживать за ней. — Лёш, положи мне, пожалуйста, селёдку под шубой. Немного. Алёша взял тарелку и положил Жене горку зелёного салата из овощей. — Лёша, спасибо, конечно, но почему ты мне наложил другой салат? Положи рядом селёдку, пожалуйста... — Женя удивилась. — Потому что этот поддерживает правильное питание. Ты же сама говорила, что нам надо худеть, — он снисходительно улыбнулся, но просьбу не выполнил. Женя так и осталась с тарелкой в руках. После этих слов Алексей поспешно положил себе любимому полтарелки самого жирного салата с майонезом, а сверху водрузил огромный кусок пирога с рыбой. Женя промолчала, но некоторые гости переглянулись: они прекрасно знали, что Алёша все идеи и просьбы Жени перерабатывал через фильтр собственных убеждений. Поначалу это касалось только ремонта... И вот теперь дошло и до салата. Всё, что она предлагала, он сначала принимал, а потом «оптимизировал» по-своему, выдавая конечное «правильное» решение. Сельдь под шубой быстро съели, и, смирившись с тем, что спорить бесполезно, Женя уныло жевала зеленый, глядя в окно, стараясь не включаться в привычный диалог о «правильной жизни», который он любил вести на любую тему. К счастью, все хорошее рано или поздно заканчивается. Кончился и праздник. — Классно посидели, — сказал Алексей, помогая Жене надеть куртку. — Угу, — ответила Женя. — Ты какая-то задумчивая. — Просто устала. — Не устала, а плохое настроение, — поправил Алёша. Она повернула голову к нему, чтобы посмотреть на человека, рядом с которым провела столько месяцев. Он ожидал привычного согласия, но Женя молчала. Это молчание его смутило, но он быстро перевёл разговор в привычное русло.© Стелла Кьярри — Женя, ну ты чего? Это же всё для нас. Я же стараюсь, думаю. Это нормально, когда в семье кто-то принимает решения. Ты сама знаешь, тебе проще, когда я беру это на себя. — Это проще тебе, Лёша. А я хотела поесть именно тот салат, — спокойно сказала Женя. Алёше это не понравилось. — Ты на меня обиделась, что ли? — спросил он. — Нет. — Тогда чего ты такая? Про салат эту ерунду в голову не бери, я же хотел, чтобы лучше было. Не понимаю, почему это вообще кого-то могло зацепить. Иногда мне кажется, что вы, женщины, сами не знаете чего хотите. Она повернулась к окну, потому что спорить с этим было бы пустой тратой сил. — Я всё знаю, — ответила она спокойно. — Просто ничего не хочу обсуждать. — Странная ты сегодня. Женя ничего не ответила, и он замолчал до самого дома. И это тишина, в которой когда-то было комфортно, сейчас вдруг стала гнетущей. Когда они вернулись домой и поднялись в квартиру, Алёша пошёл в ванную, а Женя включила свет в гостиной и машинально провела рукой по стене, оценивая ту самую ровную серую поверхность, за которую он так боролся, когда они делали ремонт. Она тогда хотела мягкий, тёплый оттенок, чтобы вечерами в комнате было уютнее. Он настоял на холодном сером: «современно, стильно, подойдёт к мебели», — говорил он. И она уступила. Только сейчас она увидела, что от этого цвета в комнате было ощущение склепа. — Слушай, я тут подумал… Может, завтра съездим в торговый центр? Я хочу посмотреть новый смартфон. И тебе можно что-то выбрать. Ты же давно хотела новые серьги, — сказал Алексей перед сном. — Не хочу серьги. Он повернулся, глядя на неё с удивлением: — Ты говорила... — Про браслет. — К чему тебе браслет? Ты его или потеряешь, или его не видно будет за рукавами рубашки! А серьги на виду всегда. — Да, разумеется! Да вот незадача — у меня не проколоты уши! — Давно пора проколоть. Это красиво, — парировал Алёша. — Тогда мы купим и серьги, и браслет, — выдала Женя. — Пойдем в отдел бижутерии. Хоть обвешайся вся как из племени Тумба-юмба... — презрительно прищурился Алексей. — Ты просто чудак, — фыркнула Женя, желая заменить букву в том слове. — Да ладно тебе. Завтра отдохнёшь — и всё пройдёт, — отмахнулся он, отворачиваясь. — Давай просто спать. Утром поговорим. — Утром будет то же самое, — буркнула Женя. И все же утро началось нестандартно. Женя позволила себе маленькую «шалость», которая разбудила сожителей в семь утра в воскресенье. В дверь позвонили. Алёша надел на голову подушку, чтобы поспать, а вот Евгения кинулась встречать раннюю доставку. Правда, спустя минут десять из кухни раздался громкий звон. Она не ожидала, что это произойдёт, это было так обидно и глупо, но звук мгновенно привлёк Алёшу на кухню. — Что это было? — воскликнул он, увидев осколки на полу кухни. — Он упал, — ответила Женя, глядя на осколки, — выскользнул из рук. Керамический чайник, который она только что купила и поставила на кухне, упал и разбился. И теперь осколки лежали на плитке. — Вот если бы ты посоветовалась со мной… — начал Алёша, и голос сразу стал резким, — ничего подобного бы не случилось. — Я просто хотела купить такой чайник, какой мне нравится. — Потратила кучу денег в пустоту! А могла бы взять чайник со свистком, эмалированный! Ему ничего не будет, даже если по нему бить молотком! Такой, с ромашками, у моей бабушки уже лет пятьдесят функционирует! Всех нас переживет! — Но я не твоя бабушка, и мне не нужен чайник, которому в обед сто лет! — сказала Женя. — Упрямая! А могла бы послушать меня… — не уступал Алёша. — Ты вечно всё делаешь не так! И теперь ещё и осколки по всей кухне собирать. — Ты так говоришь, словно тебе их собирать, — отозвалась Женя, вынимая из ящика совок и метлу. — Мне? Не мужское это дело… — фыркнул он. — Да? А какое дело мужское? Раздавать указания жене? — Ну да… Мужчина в доме хозяин… А женщина — домоправительница. — Домоправительница — значит прислуга?! Женя застыла с метлой в руках. Алёша что-то пробормотал в ответ, но она уже не слушала. Она вложила ему в руки метлу и совок и вышла из кухни. Алексей, разумеется, убирать осколки не планировал. Он оставил все как есть и ушел в спальню «досыпать в свой законный выходной», уверенный, что Женя всё уберёт сама. Спустя пару часов, не проснувшись толком, Алёша пошел за водой и наступил на острый кусок керамики пяткой, вскрикнул и рванул в спальню. — Ты… Ты совершенно безответственная эгоистка! Как можно на тебе жениться, если ты даже за собой убрать не можешь? Теперь я повредил ногу по твоей халатности! Почему не собрала все?! — кричал он, разбудив Женечку. — Сейчас соберу, — Женя, которая только что открыла глаза, поднялась, оделась и начала собирать... Но не осколки, а свои вещи. Она не спорила, не оправдывалась, не жаловалась. Она просто собирала чемодан, решив, что хватит терпеть постоянные «оптимизации» Алёши и его уверенность, что любое её решение должно пройти через фильтр его убеждений. — Ты куда? — крикнул он. — Кто тебя будет по жизни направлять, если ты даже чайник правильно выбрать не можешь? — «Правильно», Алёшенька, это не так, как ты сказал. А так как я хочу, — сказала Женя и вышла из квартиры, закрыв дверь за собой. Он остался один, с осколками на полу, со злостью и непониманием. Женя же шагала по улице, гордо подняв голову. Она сделала свой выбор и больше не собиралась подстраиваться под чужие решения, под чужое «правильное». Она ушла жить к родителям, и жизнь теперь была под её контролем, пусть и ценой несостоявшегося брака с Алексеем.

— Либо ты со мной, либо ты со своей бабушкой, а я ухожу, — жена поставила ультиматум мужу Всё было благополучно в этой семье: крепкий брак, хорошая работа и достойная зарплата у обоих супругов, собственная квартира, машина, дочь двадцати лет — умница, красавица, студентка университета. Жить бы да радоваться, да стала Люба замечать, что пошатнулось здоровье у неё. Слабость наваливалась такая, что женщина еле до кровати доползала. Мутить стало по утрам, ноги отекали, как два столба к вечеру становились. Даже муж это заметил. — Любаша, ты как себя чувствуешь? Выглядишь не очень. Может, сходишь к врачу?! Не девочка уже. За сорок перевалило. За здоровьем следить надо, — беспокоился Николай. — Да, что-то расклеилась совсем. Может, с возрастными изменениями связано. Завтра запишусь к врачу. Самой не нравится это состояние, — согласилась Люба. На следующий день она вернулась домой задумчивая, тихая и слегка рассеянная. Коля, который пришёл с работы раньше неё, заволновался. — Люб, ты сходила к врачу? — нетерпеливо спросил он, помогая жене снять пальто. Люба молча кивнула. — Ну, что там? Не томи! — Коля, я... — она посмотрела на мужа глазами больной коровы, что у него всё внутри похолодело, — я беременна. — Значит, ты не умираешь? — облегчённо выдохнул муж, но тут же снова уставился на неё, как на инопланетянина. — То есть как, беременна? Тебе же уже сорок два! — Сорок два — не восемьдесят, — развела она руками. — Тем более, некоторые и шестьдесят рожают. — Но ты ведь не собираешься рожать? — Николай прокрутил у себя в голове картины будущего: снова пелёнки, бессонные ночи, детский плач и остальные «прелести» жизни с младенцем. — Ошибаешься, Коля, ещё как собираюсь! — Люба была настроена решительно. — Вероника уже взрослая совсем, скоро, может, замуж выскочит, и останемся мы с тобой одни. А так — будет у нас ещё дочка. Или сыночек. — Ты хорошо подумала, Люба? — обескураженный Николай уже мысленно попрощался со спокойной жизнью. — Может, ещё не поздно... — Поздно, Коля, поздно! — не дала озвучить мужу страшное слово Люба. — Да и как ты можешь так говорить о своём ребёнке? Чего ты боишься? Мы вполне обеспечены, не то что раньше, когда я с Вероникой беременная ходила. Вот тогда у нас ни квартиры не было, ни машины. Ты курьером работал, я простым продавцом. И то тебя так не пугало отцовство. — Да, но мы тогда молодые были! — возразил ей Николай. — У нас и сил, и здоровья побольше было. А сейчас... — А сейчас тебе всего сорок пять! Ты у меня ещё ого-го! В самом расцвете! — Люба совсем не льстила мужу, он, действительно, был крепок и силён. Казалось, Николай смирился с предстоящим отцовством и думал, как преподнести эту новость матери и бабушке. Мать Коли, Анна Олеговна, настороженно приняла известие о беременности невестки. — Коленька, Люба ведь уже немолодая, — осторожно попыталась образумить сына мать, — как рожать в таком возрасте? Вдруг что случится? — Мам, ну что ты каркаешь? — рассердился Николай. — Нормально всё у неё. Здоровье хорошее, силы есть. С ребёнком тоже всё хорошо. — Ну, дай-то бог! — покачала головой Анна Олеговна. — Надо как-то маме сказать. Мама Анны Олеговны, Ираида Дмитриевна, бабушка Коли, была женщиной старой закалки. Ей вот-вот должно было стукнуть восемьдесят семь, но она отличалась завидным здоровьем, прекрасной памятью и мерзким характером. Без неё не проходил ни один семейный совет, ведь она считала себя матриархом в семье, а свои взгляды единственно правильными. Правда, не всегда все прислушивались к её советам, но делали это так виртуозно, что у неё не возникало сомнений в своей власти. — Она что, с ума сошла? — воскликнула Ираида Дмитриевна, когда дочь сообщила ей о беременности невестки. — Под старую задницу брюхатой ходить собралась? Стыд какой !А ты куда смотрела? — Мама, я что, свечку держать должна была? Коля и Люба уже взрослые люди и сами вправе решать, заводить им ещё детей или нет, — она осторожно попыталась оправдать сына и невестку. — Это ж что получается, у Вероники брат или сестра на двадцать лет её моложе будет? Впору внуками обзаводиться нашему Коленьке, ан нет, ребёнка захотел! — Ираида Дмитриевна демонстративно накапала себе в рюмку валерьянки и одним махом её опустошила, держась за сердце. — А Вероничке-то каково?! Начнут думать, что это она мамаша непутёвая, молодая, да без мужа. Кто ж подумает на пятидесятилетнюю тётку? — Мама, Любе всего сорок два! — поправила её дочь. — Где сорок два, там и пятьдесят уже не за горами, — не сдавалась старуха. — Срам-то какой! Ираида Дмитриевна решила не сидеть сложа руки, а «спасать» непутёвое семейство. Первым делом она позвонила Коле. — Что ж ты, Коля, как не мужик? Не можешь сказать своё веское слово? Видано ли дело в таком возрасте детей рожать? Что люди подумают? — А что они подумают? — недоумевал внук. — Подумают, что у нас всё хорошо и мы в состоянии родить ребёнка. — Эгоистка твоя жена! Не думает совсем о рисках, — не унималась бабка. — Тебя совсем не бережёт! А случись что?! Останешься ты один с младенцем на руках. В кабалу себя загоняешь на старости лет! — Бабушка, сплюнь! — начинал нервничать Николай. — А чего сплюнь?! Ты знаешь, какие дети рождаются у старородков? Намаетесь ещё, помяни моё слово! — стращала внука неугомонная старуха. — Всё, бабушка, я кладу трубку, — не выдержал Николай и отключился. Он был зол на неё, но семена сомнения она в нём посеяла. На этом вредная бабка не успокоилась. У неё был ещё один козырь в рукаве, и она позвонила Веронике, своей правнучке. Той ещё не сообщили родители о скором пополнении в семье, ожидая подходящего момента. — Ох, милая, — начала она причитать в трубку, — это ж надо так не любить матери свою родную дочь! Бедная ты моя, бедная! — Бабушка, ты чего? Что случилось? — не поняла «страданий» прабабушки внучка. — Да ты что?! Ничего не знаешь? Мать твоя — эгоистка! Захотела она ребёнка второго, так раньше надо было рожать, а не тогда, когда её дитя будет ей во внуки годиться. К тому же теперь всё внимание младшенькому будет, тебя позабудут, как старую игрушку. И все деньги на подгузники, да ползунки начнут уходить. А вдруг ты замуж соберёшься?! Так ведь и свадьбу не на что сыграть будет. Эх, верно говорят — родителей не выбирают, — вздыхала Ираида Дмитриевна. Накрутила всех Ираида Дмитриевна и затаилась.Стелла Кьярри Вероника влетела в квартиру разгневанной фурией. — Мама, это правда? — с порога начала она забрасывать мать вопросами. — Ты беременна? Мне бабушка Ира звонила. Как ты могла? А о папе ты подумала? Ему придётся вкалывать на пелёнки и памперсы, пока ты дома в декрете сидеть будешь. А он ведь тоже немолодой уже. Ну а мне теперь стыдно на улицу будет выйти — все будут думать, что это мой ребёнок, а у меня даже парня нет, не то что мужа! Каждый раз краснеть и объяснять, что это мамин ребёнок? И как же я? Теперь всё младшенькому будет, да? Люба слушала дочь, и в душе у неё поднималась злость на Ираиду Дмитриевну — та лишила Любу возможности самой сообщить об этом дочери и сумела отравить первое впечатление от новости. — Бабушка ввела тебя в заблуждение. Во-первых, мы с твоим отцом достаточно состоятельны для того, чтобы купить ребёнку всё необходимое, и наша финансовая ситуация вполне стабильна. Во-вторых, ты рано списала папу со счетов. Не такой уж он и старый, как тебе думается. И последнее... Вероника, ты всегда будешь моим ребёнком, и в моём сердце хватит места для вас обоих. Жаль, что в твоём — место только для обиды и ревности. Мне не нужно спрашивать у тебя разрешения и, если ты не можешь с этим смириться, это твой выбор. Люба вышла из комнаты, что означало конец разговора. Щемящее чувство стыда шевельнулось в глубине души Вероники. В этот же вечер Николай подлил масла в огонь. — Любаша, может, бабушка права? Может, нам не стоит рисковать? Давай всё взвесим. Всё же, возраст... — начал он, чувствуя, что этот разговор не сулит ничего хорошего. Люба, не ожидая такого предательства от мужа, ничего не ответила, молча собрала вещи первой необходимости в дорожную сумку и уже в дверях обернулась к удивлённому Николаю: — Я уезжаю к сестре. Ты мой муж. Но, либо ты со мной и мы защищаем нашу семью от всех нападок, либо ты со своей бабушкой, решать тебе. Она аккуратно прикрыла дверь за собой, оставив растерянного Николая посреди прихожей. — Пап, — из комнаты вышла Вероника, — мама, что, уехала? Николай кивнул, не в силах вымолвить ни слова. — Знаешь, я тоже в шоке, если честно, — голос дочери был потерянным, — но мама сейчас одна и ей, наверно, страшно, что мы её бросили в такой момент, а это неправильно, ведь мы семья! У бабушки какие-то странные рассуждения. Я больше не хочу её слушать. — И я не хочу, — Николай, наконец, осознал, как был неправ, — и не буду! Он обнял дочь и пообещал вернуть маму домой как можно скорей. — Любаша, прости, — Николай стоял в дверях квартиры свояченицы, — я просто испугался. За тебя и за себя, чего уж греха таить. Поехали домой! Вероника ждёт, торт печёт. Вернувшись домой, Коля позвонил матери и бабушке, сообщив, что, пока они с Любой ждут ребёнка — любое негативное вмешательство извне приведёт к разрыву отношений. Ираида Дмитриевна ещё долго бухтела, но этого уже никто не слышал. Анна Олеговна же быстро оттаяла и с нетерпением ждала появления внучки или внука. Когда родился Ванечка, Коля плакал, не стыдясь слёз, глядя на своего сына. Он уже и забыл, какими крошечными бывают дети. Вероника осторожно взяла его за пальчики. «Привет, братишка», — шепнула она умиляясь. Анна Олеговна навязала внуку пинеток, костюмчиков и шапочек. А грозная Ираида принесла конверт с деньгами: «На правнука», кряхтя, склонилась над малышом, поправила ему шапочку, буркнув: «Ну, здрасьте!» Семья была вместе. А в центре их вселенной теперь спал, улыбаясь и посапывая, самый младший и самый главный человек.

#крикдуши письма от читателей, которым нужен совет. Что делать в такой ситуации?

— В нашем доме кошки не будет! —возмущенно заявил муж жене — Закрой глаза… Не подглядывай… Аккуратно… — Арсений держал Лизу за руку и медленно вёл её в спальню. О том, что муж решил устроить сюрприз, женщина узнала, как только вернулась с работы домой. — Что там, Сеня? Что ты хочешь показать мне? — Терпение… Сейчас всё увидишь, — сказал Арсений, провожая супругу в комнату. Дойдя до места, мужчина остановил жену и, нежно придерживая её за плечи, направил в нужную сторону. — Теперь всё. Можешь смотреть! Услышав это, Лиза открыла глаза. Она прищурилась от яркого света и пару секунд ничего не видела, но потом её взгляд упал на покрывало кровати. — Ой, что это? — изумлённо спросила женщина. — Подарок. — Ты серьёзно? — Лиза глазам своим не верила. — Серьёзней некуда, — широко улыбнулся Сеня. — Спасибо! Спасибо! Спасибо! — Елизавета была так счастлива, что даже не знала, кого первым обнять: то ли мужа, то ли прекрасного котёнка, который сладко спал, свернувшись клубком на кровати. — Не за что. Теперь он твой. Воспитывай его. Завести питомца Лиза мечтала с самого детства. Сначала ей не позволяла мать из-за аллергии сестрёнки, а потом был категорически против муж. Ещё несколько месяцев назад супруги сильно ругались по этому поводу. — Нет! В нашем доме кошки не будет! Терпеть не могу эти запахи и шерсть повсюду! — возмущённо говорил Сеня. — Я буду убирать за ней. Клянусь! Ты ни одного волоска в доме не увидишь. — Даже не говори мне об этом! Где кошки, там всегда вонь и грязь. Всё, забыли об этом! Елизавета плакала, настаивала, приводила аргументы в пользу домашних животных, но Арсений был непреклонен. Спустя всего четыре месяца мужчина неожиданно изменил своё мнение. Он видел, как супруга вздыхала, рассматривая объявление в интернете, где пристраивали милого, пушистого, белого котёнка. Сеня нашёл его и принёс домой в качестве подарка. — С чего ты вдруг передумал? — спросила Лиза, не выпуская из рук урчащий тёплый комочек. — Не знаю. Просто решил, что раз у нас пока нет детей, пусть будет кот. Елизавета была не против такого решения. Детей супруги пока не планировали, а заботиться о ком-то женщине очень хотелось. Арсений целыми днями пропадал на работе. Его график был стандартным, но он руководил большим отделом, поэтому часто задерживался в офисе до позднего вечера. Лиза же приходила домой в шесть часов. Её вечера ничем не отличались друг от друга. Она ужинала, занималась домашними делами, сидела в телефоне и ждала мужа. В такие моменты женщина особенно остро ощущала одиночество. Теперь же, с появлением пушистого белого котёнка, квартира супругов ожила. — Смотри, как он освоился! — радостно говорила Лиза, когда Сеня приходил домой. — Вижу. Весело у вас здесь, — глядя на жену, с задором играющую с котиком, отвечал мужчина. С тех пор как Пушистик поселился в квартире супругов, Елизавета изменилась. Она больше не ощущала себя одинокой. Сеня же был совершенно равнодушен к котёнку. Он не играл с ним, не брал его на руки, но и не мешал жене заботиться о питомце. Правда, иногда Арсений ворчал, когда Пушистик царапал диван или бросался на шторы. Частенько супруг напоминал жене о том, чтобы она вовремя меняла лоток в туалете. — Что-то там запах появился. Ты давно меняла наполнитель? — хмурился он. — Нет, недавно. Но не волнуйся, сейчас всё уберу, — говорила Лиза и бежала в туалет, чтобы поскорее сменить наполнитель. Она ужасно боялась, что Арсению надоедят неприятные запахи, и он отнесёт Пушистика обратно. По этой же причине Елизавета чуть ли не каждый день проводила влажную уборку в квартире. Котик хоть был и маленьким, но имел длинную и густую шерсть, которая была уже повсюду: на мебели, коврах и одежде. Лиза тщательно вычёсывала питомца, но это всё равно не помогало. Как-то раз Елизавета прибирала в шкафу и заметила, что все чёрные вещи Арсения были в белой шерсти. Она очень испугалась. Лиза не хотела, чтобы супруг разозлился и избавился от Пушистка. Она взяла ролик с липкой лентой и, пока мужчина принимал ванну и ужинал, очистила всю его одежду. — Так-то лучше, — похвалила себя за проделанную работу Елизавета, но на следующий день эта история повторилась. Костюм, в котором Сеня ходил на работу, снова был покрыт белой шерстью. Лиза была удивлена. Она не понимала, как одежда супруга так быстро пачкалась… Шло время. Котёнок рос, а проблема с шерстью никуда не уходила. Елизавета перепробовала все возможные способы борьбы с ней. Она покупала дорогостоящие средства для уборки, использовала специальные ролики и даже прибегала к народным методам, но ничего не выходило. Каждый день Лиза обнаруживала белую шерсть на чёрных вещах Сени, и это сводило с ума её. «Может, стоит купить специальную щётку?» — думала она. — «А лучше взять более мощный увлажнитель. Наверняка это всё из-за сухого воздуха». Но ни специальная щётка, ни увлажнитель вопрос не решили. Тогда Лиза посадила Пушистика в переноску и отвезла его к ветеринару. — Он очень сильно линяет! Даже не знаю, что делать, — пожаловалась она специалисту. Врач осмотрел питомца, но ничего аномального не заметил. — Попробуйте сменить корм. Можете ещё подавать ему эти витамины, — ветеринар назначил Пушистику недешёвый препарат и отпустил Лизу. Ни смена корма, ни витамины, ни дорогостоящие шампуни не помогали несчастной хозяйке. Белая шерсть как липла к рабочим костюмам Арсения, так и продолжала это делать. Елизавета уже не знала, как бороться со своей проблемой... И тут произошло кое-что интересное. За две недели до Нового года Сеня заявил, что собирается пойти на корпоратив. — Когда он будет? — воодушевлённо спросила Лиза. — Двадцать пятого числа, — ответил Арсений. — А можно я с тобой пойду? Мой коллектив отказался от посиделок в ресторане, а я очень хочу развеяться, — супруга умоляюще посмотрела на мужа. — Нет, — буркнул он. — Тебе будет скучно. Во-первых, ты там никого не знаешь. Во-вторых, все места уже забронированы. — Пожалуйста, Сеня. Ты же начальник отдела, неужели не можешь забронировать ещё одно местечко? — Говорю же, что нет! Корпоративы проводятся для коллег, а не для их жён! Целую неделю Елизавета приставала к мужу с этим вопросом. Она очень хотела выйти в свет. Ей было неважно, что она никого там не знает, что в ресторане ей будет скучно. Лиза просто мечтала выбраться из дома и сменить обстановку. — Ладно, — наконец сдался Арсений. — Правда?! Возьмёшь меня с собой? — обрадовалась женщина. — Возьму, но имей в виду: нянчиться я там с тобой не буду. — И не надо! Я буду сама по себе, а ты занимайся своими делами. Арсений кивнул, не подозревая, что это решение станет поворотным моментом в их семейной жизни. А Лиза, сияя от радости, стала примерять платья и думать, в каком из них пойти на корпоратив мужа. Сначала вечер в ресторане действительно был скучным. Всё начиналось довольно культурно. Коллеги Сени ели, пили и разговаривали о работе, а Елизавета тихо наблюдала за ними. Но в какой-то момент женщина заметила одну странность. Мария, помощница Арсения, была чем-то явно расстроена. Она сидела недалеко от начальника и то и дело бросала на него недовольные взгляды. Сеня же всячески избегал контакта с Машей: не смотрел на неё и не разговаривал с ней, хотя по работе они были тесно связаны. Такое поведение мужа Лизу насторожило. Она внимательно следила за их взаимодействием, пытаясь понять причину напряжения между коллегами. В голове стали возникать нехорошие мысли, но Елизавета старалась не накручивать себя. Тем временем атмосфера в зале постепенно менялась. Коллеги Арсения становились всё более раскрепощёнными, и Маша не была исключением. После нескольких бокалов шампанского она смотрела на начальника уже не украдкой, а с неким вызовом. На Лизу Мария тоже поглядывала более смело. Решив выяснить, что происходит, Елизавета направилась к мужу, чтобы поговорить с ним, но в этот момент музыка стала звучать громче. Одни коллеги пошли танцевать, другие вышли на улицу, а Маша с несколькими женщинами собрались в группу и стали что-то бурно обсуждать. Лиза подошла к ним ближе, чтобы послушать, о чём они говорят. Она даже представить не могла, чем это закончится. — Нет, характер у моего амстаффа спокойный. Это миф, что такие породы опасны. Мой Коди — сама нежность! — сказала одна из женщин. Услышав это, Мария решила с ней поспорить: — Нет, как ни крути, но бойцовские собаки непредсказуемы. Их можно по-всякому воспитывать, но агрессия уже заложена в них природой. То ли дело шпиц! Мой Пушистик, например, никогда в жизни никого не обидит! Когда помощница Сени назвала кличку своего питомца, Лиза вздрогнула. Это было удивительное совпадение. Ведь её кота тоже так звали, и именно Арсений предложил ей это имя. — Ой, эти шпицы! Да ну их! От них столько шерсти, что хоть караул кричи. То ли дело амстафф… — коллега Маши продолжила настаивать на своём. — Фу, терпеть не могу лысых животных. Ты только посмотри на моего Пушистика, — ответила Мария и достала телефон, чтобы показать коллеге фото со своим питомцем. — Глянь, он как облачко. Такой мягкий и нежный. Да, вся моя квартира в его шерсти, но сколько любви я от него получаю! Когда Маша начала рассказывать о своём шпице и о том, как ужасно он линяет, Елизавету осенило. Только сейчас кусочки головоломки сложились воедино. Все эти месяцы она не понимала, откуда на одежде Сени было столько белой шерсти. Ответ был прост — это была шерсть шпица Маши, к которой Арсений регулярно ходил в гости. Супруга не была до конца уверена в своих предположениях, но, подняв глаза и увидев побледневшее лицо мужа, который являлся свидетелем этого разговора, всё стало предельно ясно. Не в силах больше оставаться в ресторане, Лиза молча уехала и стала ждать мужа дома. К её удивлению, Арсений вернулся довольно быстро. — Ничего не хочешь сказать мне?! Что тебя связывает с этой Машей?! — спросила Елизавета. — Работа, — коротко ответил Сеня. Если бы он был трезв как стёклышко, то врал бы намного лучше, но сейчас мужчина был словно открытая книга. — Я видела, как она смотрела на тебя, а ты избегал её. Скажи, ты специально подарил мне кота, чтобы скрыть факт предательства? — Что за ерунда, Лиза?! Какая вообще связь между этими вещами? — Ты же стратег, Сеня. Я прекрасно знаю ход твоих мыслей. Ты наверняка решил, что я буду задавать слишком много вопросов, замечая шерсть на твоих костюмах, поэтому и подарил мне Пушистика. Ты даже решил назвать его так же, как Машиного шпица! Наверное, чтобы случайно не назвать моего кота другой кличкой. Арсений не знал, что ответить на это. Супруга раскусила его. Мужчина усмехнулся, сделав вид, что это больные фантазии Лизы, а потом ушёл в спальню и уснул. В этот момент женщина поняла, что их браку с Сеней пришёл конец. Все те месяцы, что Елизавета пыталась решить проблему с шерстью, муж просто водил её за нос. А она, глупая, искала причины в коте, корме и витаминах… Утром, когда Сеня проснулся с головной болью, ни жены, ни её вещей, ни Пушистика в квартире уже не было. Лиза приняла решение развестись с мужем. Хоть она и не поймала его с поличным, но была уверена в его предательстве. В те дни, когда мужчина якобы задерживался на работе, на самом деле он ездил к Маше. Именно в её квартире к костюму мужчины и приставала собачья шерсть, похожая на шерсть Пушистика. Видимо, коллега Арсения так сильно увлеклась женатым мужчиной, что напрочь забыла об уходе за питомцем. А может, это была продуманная стратегия, ведь после развода супругов Маша почти сразу переехала в квартиру Сени, прихватив с собой шпица. Лиза же через какое-то время встретила Борю. Он очень любил животных и сразу после свадьбы предложил взять из приюта еще одного кота. Елизавета согласилась. И теперь в их доме целых два кота: белый, Пушистик, и черный - Уголек.

#крикдуши письма от читателей, которым нужен совет. Что делать в такой ситуации?

#крикдуши письма от читателей, которым нужен совет. Что делать в такой ситуации?

— Я хочу знать правду, — потребовал брат, услышав разговор сестры Миша очень любил свою маму. Для него с самого раннего детства не было человека роднее и ближе. У неё были необыкновенно добрые глаза, и когда Миша смотрел в них, он сразу чувствовал ее любовь. На щеках у неё были милые ямочки, которые появлялись, когда она улыбалась. Мальчик обожал, когда мама смеялась, он подходил и трогал ее щеки, так ему нравилась эта необычная мамина черта. Миша обожал обниматься с ней, в ее объятиях ему всегда было хорошо и спокойно. Мама всегда относилась к сыну по-доброму. Никогда не кричала, не ругала по пустякам. Если он сталкивался с какими-то трудностями, она вздыхала и говорила: — Не переживай, малыш! Всё у тебя получится! Когда Миша пошел в школу, он вдруг заметил, что его мама выглядит гораздо старше мам его одноклассников. Сначала он просто удивлялся, ему это казалось очень любопытным наблюдением. Но постепенно это чувство изменилось. Каждый раз, когда мама приходила на школьные представления или забирала его после уроков, Миша ловил на себе взгляды ребят и почему-то начинал смущаться. Он сам не понимал, что же с ним творилось, ведь мама же была прекрасная, добрая, заботливая. Но факт оставался фактом, она была старше, других родителей. И мальчишка начал этого стесняться и однажды даже набрался смелости поинтересоваться об этом. — А почему ты старше остальных мам? — спросил Миша. — Ну вот досталась тебе старушка! Зато у меня мудрости, хоть отбавляй! — Мама рассмеялась и ответила как ни в чем не бывало. Ещё у Миши была старшая сестра, Вера. Разница в возрасте у них была огромная, целых семнадцать лет. Иногда Миша чувствовал, что она вообще для него чужая. Она жила в другом городе, и интересов совместных у брата и сестры не было совсем. — Мам, ну зачем ты меня родила так поздно? — продолжал расспрашивать сын. В итоге она придумала для сына объяснение и повторяла его каждый раз. — А что мне оставалось? Верка собиралась уезжать учиться, я подумала, как же я тут одна останусь? Вот и решила родить себе сыночку! Миша всегда смущенно опускал глаза, он не переставал себя сравнивать с другими ребятами, но то, с какой любовью мама говорила о нем, всегда радовало его сердце. Тем более, что мама воспитывала его одна. Отец погиб, когда мальчику было всего три года. Но мама любила его за двоих, и Миша отвечал ей взаимностью. *** Вера уехала учиться сразу после Мишиного рождения. Она поступила на экономический, учиться ей очень нравилось, она с легкостью получала пятерки на экзаменах и вообще была одной из лучших студенток на потоке. На третьем курсе университета Вера познакомилась со своим будущим мужем. Павел был очень спокойным и рассудительным. Они почти сразу стали жить вместе, потом поженились, начали строить карьеры, а затем Вера родила дочь. Ирочка стала любимицей всей семьи, и особенно её полюбил Миша. Ему уже было пятнадцать, и, конечно, у него уже были подростковые интересы, но если привозили Иру, то он с удовольствием превращался в усатого няня, хотя с сестрой они все так же были не слишком близки. В тот раз Вера тоже приехала в родной город погостить. Миша, как всегда, возился с Ирой, и вдруг поймал на себе странный взгляд сестры. Он смутился и спросил. — Я что-то не так делаю? Вера покачала головой. — Нет, Миш, просто ты сильно вырос… — в голосе Веры была грусть, но Миша не понимал отчего. Однажды Вера пошла гулять с Ирочкой по городу, и на автобусной остановке она неожиданно встретила свою школьную подругу. — Верка! А ты тут какими судьбами? — воскликнула Галя. — Просто погостить приехала… — Вера была рада видеть подругу, а вот Ира смущенно пряталась за маминой юбкой. — Да ты совсем не изменилась! — Да ну тебя! — улыбнулась Вера. Подруга рассказала, что через три дня весь их класс собирается праздновать пятнадцать лет после выпуска. Галя и Веру позвала прийти. — Ты, конечно, не с нами заканчивала школу, но ребята будут рады тебя увидеть! — тараторила Галя. — Я подумаю, спасибо… — сказала Вера. Когда она вернулась домой, то всё рассказала маме. — Мам, через три дня встреча выпускников моего первого класса. Думаю, что может схожу… — Уверена? — взволнованно спросила мать. — Мы уже все взрослые люди. Развеюсь хоть немного… Только надо, чтобы ты с Ирочкой посидела? — Конечно, посижу! Ещё спрашиваешь! — согласилась мама. В день встречи Вера долго выбирала, что надеть. В итоге остановилась на простом, но очень красивом платье, достаточно скромном, но отлично подчеркивающем фигуру. Она вышла из комнаты, повернулась к зеркалу и поправила волосы. Миша, проходя мимо, замер. — Ну как? Нравится? — Вера улыбнулась, заметив его взгляд. Миша немного смутился, но кивнул: — Отлично выглядишь, Вер! Тебе идет! — Спасибо за комплимент! Миша никогда до этого дня не замечал, но Вера была очень похожа на их маму, у неё даже были те же ямочки. — Хорошего вечера, Вер! — сказал он ей и пошел в комнату. Вера ничего не ответила, только подмигнула брату. *** Миша играл с Ирочкой в комнате. Девочка сидела на полу, пыталась поймать мишку, которого дядя поднимал в воздух, и звонко смеялась. Вдруг из кухни раздался мамин крик. — Миша! — никогда раньше он не слышал, чтобы мама так его звала. Парень подскочил и бросился на кухню. Мама сидела на диване, лицо ее было бледным. — Мам! Что с тобой? — Сердце… — прошептала она. Миша сразу схватил телефон и вызвал скорую. Ирочка в это время стояла в дверях, испуганно глядя на бабушку. Миша схватил её и понес в комнату. — Ирочка, малышка, давай ты сейчас мультики посмотришь, а я бабуле помогу? Хорошо? Скорая приехала быстро. Сразу стало ясно, что медлить нельзя. Фельдшер, увидев, испуганное Мишино лицо, постарался его подбодрить. © Стелла Кьярри — Молодой человек, успокойтесь. Мы постараемся помочь! Маму уложили на носилки и вынесли к машине. А Миша остался дома, он держал Ирочку на руках и шептал ей, что всё будет хорошо, хотя и сам не был в этом уверен. Потом он понял, что нужно позвонить Вере. Но звонок не проходил. Тогда молодой человек вызвал такси и поехал в ресторан, где проходила встреча выпускников. Они вошли внутрь. Миша осмотрелся. Внутри играла музыка, почти все столики были заняты, люди за ними громко разговаривали и смеялись. Ирочка увидела маму и дернула Мишу за руку. — Вон мама! Вера болтала со своими школьными подружками. Она слегка повернула голову и заметила Мишу и Иру, улыбка пропала с ее лица. Женщина встала и подбежала к ним. — Миш? Что случилось? Почему ты с Ирой? Где мама? — Маме стало плохо… Что-то с сердцем, я не совсем понял. Её в больницу увезли, — Миша был бледен. Вере стало не по себе. Ира подошла к маме и прижалась к ней. — Господи… Почему ты сразу не позвонил? — Звонил, но номер недоступен… Вдруг к ним подошла Галя. Она уже была навеселе. Она окинула Мишу взглядом и как-то странно улыбнулась. — А ведь Мишка-то… На отца похож! Прямо копия! Вера резко повернулась к ней: — Галя! Ты что?! Но алкоголь сделал свое дело, Галя вообще не понимала, что говорит то, о чем все молчали годами. — Жалко, что Валерка его никогда не видел… На лице Веры отразился ужас. Она схватила Иру на руки, а потом посмотрела на молодого человека. — Не обращай внимания! Она пьяна! Нам пора идти! Она взяла Мишу за плечо и быстро повела его к выходу. *** Ближе к ночи позвонили из больницы. Вера подскочила к телефону. — Состояние стабильное. Был инфаркт, но мы успели помочь вовремя, и сейчас ей легче. Можете приехать завтра утром, привезите ей личные вещи… — Спасибо! Спасибо вам большое! — сказала Вера, выдохнув с облегчением. После этого звонка Миша и Вера еще долго не могли уснуть. Вера сначала уложила Ирочку, а потом собрала маме сумку в больницу. Миша сидел на кухне в темноте. Вид у него был потерянный. Вера собиралась пойти в ванную, но увидев взгляд Миши, остановилась в дверях. — Миша… Может, ты хочешь меня что-то спросить? — тихо сказала она. Парень смотрел на нее, но боялся что-то сказать. Она зашла на кухню и села напротив. — Я хотел бы знать правду, — выдавил он. Вере было трудно начать говорить. Но Миша смотрел на нее с тревогой, и она поняла, что подбирать слова уже не стоит. — Это было очень давно. Я была в одиннадцатом классе. — у Веры на глазах появились слезы, но она сдержалась. — Я влюбилась в мальчика из параллельного класса. Он красиво ухаживал… Я думала, что это самая настоящая любовь. Что это всё серьезно и навсегда. Но… Вера остановилась. Было видно, что вспоминать об этом ей было неприятно. — А потом я забеременела… Рассказала ему. Думала, что он станет мне опорой, что мы вместе через это пройдем. А он сказал, что ничего знать не хочет. Что мы слишком молоды, что это не его проблемы, ну и всё такое прочее… — И ты осталась одна? — Миша поморщился. — Да… — Вера вздохнула. — Я пришла домой, плакала. А мама сказала: «Рожай! Я воспитаю!» Она посмотрела на Мишу, ей хотелось понять, как он отреагирует. Но он пока молчал, а его взгляд стал совсем грустным. — Отец ничего мне сказал, хотя я видела, что он разочарован. Но он никогда не перечил маме. Если она сказала, что будет так, то он просто следовал её плану. Мы с мамой уехали в другой город, к бабушке. Родила я уже там… Школу оканчивала там… Здесь почти никто ничего не знал. Кроме Гали… Миша долго молчал. Он как будто пытался переварить всю эту информацию. — То есть этот Валера, он как бы мой отец? — нерешительно спросил он. Вера кивнула. — Ну… Можно и так сказать… Ты, правда, на него похож, мне иногда самой страшно насколько. — А вы вообще когда-нибудь мне планировали рассказать? Вера опустила глаза. Она не могла смотреть на Мишу, ей было стыдно. — Нет, Миша… Мы с тобой жили, никак не соприкасаясь друг с другом. Я уехала, училась, строила жизнь… Я сама была еще ребенком. Я тебе даже сестрой не была толком… А вот мама… Она растила тебя с первого дня. Она тебя любит сильнее всех. Ты её сын! Вот главная истина! Миша опустил голову. — Ты права! Для меня ничего не изменится. У меня только одна мама. Они оба замолчали, не зная, что ещё можно добавить. Вера встала. Она решила, что лучше оставить Мишу наедине с его мыслями. — Вер! — окликнул её он. Она повернулась. — Ей мы тоже не скажем, что я всё знаю. Хорошо? — Договорились! Вера пробыла в родном городе до выписки мамы. Еще несколько дней после она помогала Мише по дому, а потом они с Ирочкой уехали. Мама вскоре встала на ноги. И жизнь снова стала такой же, как была до всего случившегося. Миша и Вера больше не поднимали тему его рождения. Мама у него была одна, и так было до самого конца. Веру он тоже ни в чем не винил. Наверное, ему было не так сложно отпустить всю эту ситуацию, именно потому, что он рос под крылом самого любящего человека. И лишь однажды он пересекся со своим биологическим отцом. Миша отметил, что он действительно на него похож. Но мужчина был не из приятных, так что парень в очередной раз убедился, что семья у него самая лучшая, даже несмотря на тайну, которую он случайно узнал на встрече выпускников.

#крикдуши письма от читателей, которым нужен совет. Что делать в такой ситуации?

— Верни деньги! — брат заподозрил сестру в краже у собственной матери Илья ворвался в комнату Наташи. Он сам не ожидал, что будет так зол. В комнате было темно. Сестра ещё спала, свернувшись клубком под одеялом. Но от шума, который поднял брат, она вздрогнула и проснулась. — Вставай! — крикнул Илья, раздвигая шторы. — Вставай, я тебе говорю! В дверях стояла мама. Она плакала, закрывая лицо руками. Илья подошел к кровати и посмотрел на сестру с яростью, казалось вот-вот и он накинется на неё с кулаками. Наташа села на кровати, взгляд у неё всё ещё был сонным. Она непонимающе смотрела то на брата, то на мать. — Что тебе нужно?! — спросила она Илью. — Верни деньги маме! Ну как тебе вообще не стыдно?! Наташа перевела взгляд на маму. Она всё плакала и повторяла одно и то же: — Господи, ну за что?! Девушка испугалась, поняв, что происходит что-то серьезное. — Илья, я не брала! — Наташа потянулась к одеялу, чтобы прикрыться. — Не брала, честно! — Натка, я тебя сейчас огрею! — крикнул Илья, но мама быстро подошла и дотронулась до его плеча. Илья обернулся на маму, та умоляюще закачала головой, парень опустил руку вниз. — Не ври мне! — снова прокричал он сестре. — Илья, я не брала! Клянусь! Молодой человек сжал кулаки и выдохнул, он пытался успокоить себя. — Наташа, у мамы пропало пятьдесят тысяч. Пятьдесят! Это очень крупная сумма! — Это не я! — Я не брала! Не брала! — по щекам девушки текли слезы, она не знала, что ещё сказать, поэтому просто повторяла одно и тоже. — А кто тогда?! Кто?! Ты одна дома была вчера весь вечер! *** Наташа была обычной студенткой. У нее были увлечения, друзья и любимый парень, Андрей. Они учились вместе, и он был одним из самых симпатичных парней на курсе, поэтому Наташа считала, что ей очень повезло. Правда, учеба у Андрея шла так себе, он часто пропускал пары из-за работы. Парень был продавцом в магазине спорттоваров, у него были долгие смены, и домой он возвращался выжатым как лимон, так что ни о каких лабораторных и курсовых уже и думать не мог. Сессию закрывал каким-то чудом, поэтому и дотянул до третьего курса. За последние две недели Андрей очень изменился. Он стал нервным, задумчивым, он перестал даже слушать, что ему говорит Наташа. Девушка заметила это сразу. — Андрей, что случилось? Ты какой-то странный, — спросила она. — Да ничего не случилось… Не хочу грузить тебя своими проблемами. — Отмахивался он. Но Наташа не отставала. Она спрашивала снова и снова, пыталась его разговорить. И однажды он не выдержал. Они сидели на лавочке возле одного из корпусов университета, уже вечерело, и Андрей на очередной её вопрос ответил так: — Ладно, скажу. Только ты никому, хорошо? — Конечно. Что случилось? — На меня хотят повесить недостачу в магазине. Почти восемьдесят тысяч… Андрей тяжело вздохнул. Наташа открыла рот, в её понимании это была огромная сумма. — Восемьдесят?! — Да. Если не найду деньги, то будет капец. Меня уволят, а могут и в суд пойти. А могут еще что-нибудь найти и повесить на меня… Я не знаю, что делать! Он выглядел таким растерянным, что у Наташи от жалости сжалось сердце. Она обняла его. А он взял ее за руки и начал их поглаживать. — Может, кто-то из твоих знакомых или родственников может одолжить мне хоть часть суммы? — спросил он тихо. — Я верну, ты же знаешь, что я не обману… Наташа задумалась. У неё самой таких денег не было. Единственные, кто мог бы помочь — мама или Илья. — Я спрошу… — сказала она неуверенно. Андрей кивнул, наклонился и поцеловал её. — Умница моя. Спасибо тебе. Я без тебя не справлюсь. Вечером она подняла эту тему во время ужина. Но домашние даже слышать не хотели о том, чтобы помочь Андрею. — Наташа, ты о чём вообще? Какие восемьдесят тысяч? У нас и так кредиты! — воскликнула мама. Потом подключился и Илья: — Одолжить твоему парню? Да ты шутишь? Скажи ему, чтобы сам свои дела разруливал. Это его проблемы. Наташа тогда чувствовала жуткую вину перед Андреем, у него были неприятности, а она так и не смогла ему помочь. Он, конечно, уверял, что всё в порядке, что он прекрасно понимает, что у всех свои жизненные обстоятельства. Но Наташа чувствовала, что он разочарован. *** Вчера Андрей позвал её на день рождения своего друга. Она долго колебалась. Девушка очень устала от учебы, да и настроение было так себе. Но Андрей уговаривал. — Пойдем, ну хотя бы ненадолго. Ты же знаешь, что без тебя мне там будет ужасно скучно. И она согласилась. Вечеринка была шумной, музыка гремела так, что люди, даже находясь в шаге друг от друга, не слышали, что они говорят. Наташа старалась не отходить от Андрея, но в какой-то момент он отпросился покурить, а к ней подошел его друг. Он налил ей коктейль, потом ещё один… И уже через полчаса она поняла, что пьяна. Голова была как в тумане. Каждое движение девушке давалось с трудом. — Наташа, ты перебрала, — тихо сказал Андрей, когда она чуть не споткнулась на лестнице. Он предложил довезти её до дома, чтобы с ней ничего по дороге не случилось. После этого Наташа уже почти ничего не помнила. В голове всплывали только отдельные отрывки. Она помнила подъезд. Помнила, как Андрей держал её. Как он долго копался в её сумке, пытаясь найти ключи. Помнила, как он открыл дверь её ключами. И как уложил её в постель, накрыв одеялом. Только вот дальше не было ничего. Просто туман. Какие-то картинки, неясные звуки, будто всё происходило не с ней. Она не знала, сколько времени Андрей пробыл в квартире. Пять минут? Полчаса? Дольше? Она проснулась в ночи. Ей очень хотелось пить. Телефон лежал рядом, там было сообщение от Андрея: «Ты как? Всё нормально? Я не стал ждать твоих и поехал в обшагу! Ключи на комоде в коридоре!» © Стелла Кьярри Наташа не придала этому значение, ответила что-то короткое и снова уснула. И только утром, когда брат ей рассказал, что пропали деньги, Наташа вспомнила, что была тут не одна. Она подняла глаза на Илью и тихо сказала: — Илья, Андрей был здесь вчера. Я не знаю, сколько он был в квартире по времени… Лицо брата перекосилось. — Ты хочешь сказать, что деньги мог взять он? Наташа сглотнула. — Я не знаю наверняка. Но кто ещё мог? Она опустила глаза. — Больше никто не заходил. *** Через сорок минут Илья уже стоял у магазина спортивных товаров, где работал парень его сестры. Он был в ярости. Зайдя внутрь, он сразу увидел Андрея за прилавком. Андрей тоже его заметил и в тот же момент побледнел. Лицо вытянулось, руки стали дрожать, парень понял, зачем к нему пришел этот непрошеный гость. — А, Илья! Привет… — пробормотал он, пытаясь улыбнуться. — Давай, выйдем на минутку? — сказал Илья, по его тону было ясно, что отказы не принимаются. — Да я, как видишь, на смене… — начал лепетать Андрей, оглядываясь на покупателей. — Я сказал тебе, что нам нужно выйти и поговорить. Илья старался сохранять спокойствие, но по глазам был виден его истинный настрой. Андрей сглотнул и быстро выскользнул из-за стойки, жестом показывая коллеге, что он скоро вернется. На улице было немноголюдно, это расстроило Андрея, он понимал, что чем больше людей, тем меньше у него шансов получить по лицу. Илья подошел ближе. — Где деньги? — со злостью спросил он. — Какие деньги? Ты чего?! — Андрей пытался говорить нормальным тоном, но голос дрогнул. — Не придуривайся! Ты взял пятьдесят тысяч. Ты был в нашей квартире, после чего деньги исчезли… — Я?! Да что ты несешь?! Это Наташка сказала? Она врет! Илья сделал шаг вперед, он смотрел в глаза Андрею, тот от страха уже еле стоял на ногах. — Она не врет! А вот ты сейчас у меня заговоришь правду! Андрей попытался что-то сказать, но не смог. Он поднял руки, давая понять, что сдается. — Ладно! Ладно! Только не бей меня! Я верну вам деньги! Он быстро развернулся и зашел в магазин. Илья остался ждать на улице. Вскоре Андрей вернулся, держа в руках сложенную пачку купюр. — Вот забирай… Только скажи Наташе, что это было недоразумение… Ну и что мне жаль… Илья выхватил деньги и убрал их в карман куртки. Он уже хотел уходить, но потом опомнился. — И ещё… — он остановился и посмотрел Андрею прямо в глаза. — Про сестру мою забудь. Понял?! Андрей кивнул, он понимал, что с Ильей лучше не шутить. Наташа ждала брата дома. Она ходила по своей комнате взад-вперед. Периодически она начинала плакать, а потом успокаивалась. Её злило, что она так легко доверилась Андрею. И одновременно ей было безумно обидно, что он так ей воспользовался. Вдруг щелкнула входная дверь, девушка замерла. Илья вошел к ней в комнату. В руках у него была пачка денег. Наташа подбежала и бросилась ему на шею. — Илья, прости меня, пожалуйста… Он погладил её по голове. — Хватит. Ты не виновата. Виноват только он… — Я не знала, что он так сделает… — Наташа всхлипнула. — Да ладно тебе! Все мы временами ошибаемся в людях… И ты прости, что я про тебя плохо подумал, — сказал Илья мягко. Андрей написал Наташе только раз. Он извинился и сказал, что им, наверное, больше не стоит быть вместе. В университете он тоже старался избегать девушку. Мама подозревала, что он боялся, что они все же пойдут в полицию. Но никто из них этого делать не собирался. В общем-то, Наташа достаточно быстро оправилась от этой истории, она сделала из нее выводы и стала серьезнее относиться к выбору друзей. Вскоре Андрей отчислился из университета, а через полгода Наташа узнала, что он действительно подворовывал в магазине, на него не просто так вешали недостачи. Чем кончился суд она не знала, но была рада, что вся эта история больше её не касается.