Владимир Харин

У каждой заброшенной усадьбы есть своя ненаписанная история. Моя работа — найти её первые страницы. Приветствую всех, кто, как и я, слышит этот живой отклик земли и ценит такие рассказы. Меня зовут Олег, мне 42 года, и я живу в столетнем финском доме в посёлке Красный Холм. Когда-то здесь был финский посёлок Konkkala, где три поколения финнов знали секреты выживания в северных лесах. Самый ценный из этих секретов я нашёл весной прошлого года, когда решил разобрать чердак. Лезешь туда — а там полный бардак. Старые ботинки, какие-то ржавые инструменты, деревянные ящики с непонятным хламом — то ли ещё финские, то ли уже советского времени от тех, кто жил здесь после войны. Пыль везде толстым слоем. Доски прогнившие скрипят под ногами. В нашем доме жили разные поколения. Сначала финские хозяева до 1944 года. Потом советские работники подсобного хозяйства с 1945-го. А в 1987 году сюда переехала наша семья — я тогда был ещё пятилетним пацаном, смутно всё это помню. И вот среди этого хаоса