Лидия ТЮГИНА-НАЦВЛИШВИЛИ

Дождь за окном ресторана «Парижские тайны» не просто шел — он оплакивал этот вечер. Огромные капли били в панорамные стекла, искажая огни вечерней Москвы, превращая проезжающие машины в размытые полосы света. Внутри же царила идеальная, стерильная атмосфера праздника, от которой Элене хотелось выть. Десятая годовщина свадьбы. Оловянная? Или розовая? Элена никогда не могла запомнить эти названия, но точно знала одно: этот вечер должен стать последним актом пьесы, которую она играла слишком долго. — Эленочка, ты совсем не притронулась к фуа-гра, — голос Галины Петровны, как всегда, звучал елейно, но с металлическим привкусом. Свекровь сидела напротив, прямая, как жердь, в своем неизменном твидовом костюме от Шанель, который, казалось, был пришит к ней еще в девяностых. — Или ты снова на своей диете? Хотя, куда уж худеть, скоро прозрачной станешь. Элена через силу улыбнулась, поправляя салфетку. — Просто не голодна, Галина Петровна. День был тяжелый. Рядом сидел Дмитрий. Её муж. Человек,