Мария Алендеева

Лена возвращалась с ночной смены, когда увидела у соседнего подъезда бабу Зину...

Старушка лежала на обледеневших ступеньках у подъезда, неловко подвернув под себя руку, и смотрела в небо такими глазами, будто уже смирилась с тем, что небо - это последнее, что она увидит.
Мимо прошла соседка с собакой.
- Скорую вызовите кто-нибудь, - бросила она на ходу и скрылась за углом.
Следом, даже не повернув головы, протопал мужчина в расстегнутой куртке.
Баба Зина приходила к Лене в поликлинику на уколы. Однажды женщина увидела старушку в аптеке. Баба Зина долго пересчитывала копейки, потом положила обратно на прилавок половину лекарств и ушла, сгорбившись еще сильнее.
Лене тогда хотелось догнат

- Ребенку и года нет, а ты ему сосиску даешь?! И разве ты мать после этого?!

Маргарита Львовна влетела на кухню, как разъяренная фурия, и выхватила тарелку прямо у Мишки из-под носа. Он немедленно заорал, обиженно, с переливами, как умеют это делать только маленькие дети, у которых отняли самое дорогое.
Я молча досчитала до десяти. Потом до двадцати, а потом поняла, что никакой арифметики тут не хватит.
- Это детская сосиска, Маргарита Львовна, - постаралась объяснить я, - специальная, без всяких там вредных добавок.
- Без добавок, как же! - недоверчиво хмыкнула она. - В рекламах тебе что угодно понарасскажут, лишь бы только продать! А на деле в составе почти всех продуктов сплошная химия