Владимир Чумаченко

А я после боя заплакал, не смог,
И руки тряслись прикурить…
Я видел как Витьку в цинковый гроб
Останки несли хоронить…
А там у развилки примята трава
И в ней – муравейник-патрон…
Колюха-земляк, буйная голова,
Душманов лепил, как ворон,
Но глупая пуля пробила висок,-
И Колька кивнул головой…
А мать ведь просила: «Николка, сынок!
Скажи, что вернешься живой!..»