АРСЕНАЛ

Тысяча девятьсот шестьдесят девятый год пропах порохом на всем протяжении советско-китайской границы. Весной кровью окрасился лед острова Даманский — этот конфликт прогремел на весь мир, но стал лишь прологом. Спустя несколько месяцев эпицентр напряжения сместился южнее, на казахстанский участок рубежа. Здесь, на пустынных ветреных пространствах Джунгарского выступа, где река Теректа отдает свои воды озеру Жаланашколь, начал раскручиваться маховик новой трагедии. В первой половине августа тревога накрыла заставы «Рудниковая» и «Жаланашколь». Дозорные зафиксировали пугающее оживление на сопредельном берегу: китайские военные стягивали к невидимой черте усиленные вооруженные группы. Советское командование пограничного округа попыталось погасить искру до того, как вспыхнет пламя, и запросило китайскую сторону о причинах маневров. В ответ повисло тяжелое, глухое молчание. Поняв, что дипломатия бессильна, заставы мгновенно перешли в режим повышенной боевой готовности. В тот же день советски

В СССР и в современной России День Пограничника ежегодно отмечается 28 мая. В этот день в далеком уже 1918 году декретом СНК было создано Главное управление пограничной охраны при Народном комиссариате по делам финансов РСФСР. И хотя пограничники этот день всегда считали для себя праздничным с той поры, но официально День Пограничника стал отмечаться с 1958 года. Тогда Совет Министров СССР утвердил 28 мая как профессиональный праздник воинов в зеленых фуражках. Но пограничники в молодой республики в 1918 году не появилась из неоткуда, как по мановению волшебной палочки. Основой службы по охране границы стал существовавший еще с 1893 года Отдельный Корпус Пограничной Стражи - ОКПС. Именно ОКПС был предшественником, как Пограничных Войск в Советском Союзе, так и современных органов Пограничной Службы ФСБ России. Истории Отдельного Корпуса Пограничной Стражи Российской Империи - ОКПС, и будет посвящена статья на канале. 16 февраля 1571 года Иван Грозный утвердил "Боярский приговор о ст

Когда немцы нашли его среди развалин, они сначала не поверили, что этот человек ещё жив… Перед ними лежал не просто раненый советский офицер. Это был ослабленный, чуть живой почти потерявший человеческий облик человек, который больше месяца держал оборону Брестской крепости. Без нормальной еды. Без воды. Без связи. Без надежды на помощь. Но самое удивительное было даже не это. К моменту пленения майор Пётр Гаврилов уже не командовал гарнизоном в привычном смысле. Не было ни штаба, ни приказов сверху, ни единой линии обороны. Крепость перешла под полный контроль немцев, однако до конца они её не контролировали – сохранялись единичные очаги сопротивления. Гаврилов был последним таким очагом. 22 июня 1941 года Брестская крепость оказалась под ударом в первые же минуты войны. Артиллерия, авиация, внезапность, ударные штурмовые группы немцев - всё это должно было разобрать оборону за считанные часы, максимум сутки. Но этого не случилось. В Восточном форте сопротивление возглавил майор Пётр

Начальник штаба 4-й немецкой армии генерал Гюнтер Блюментрит, один из самых опытных штабистов вермахта, прошедший Польшу и Францию, после войны писал в своём дневнике: «Первые сражения в июне 1941 года показали нам, что такое Красная армия. Наши потери достигли 50%. Пограничники защищали старую крепость в Брест-Литовске, они сражались до последнего человека, несмотря на обстрел наших самых тяжелых орудий и бомбежку с воздуха. Наши войска скоро узнали, что значит сражаться против русских». Эти слова принадлежат одному из тех, кто планировал «блицкриг», и они как нельзя лучше отражают то, что произошло на рассвете 22 июня 1941 года. Немецкое командование, отводившее на уничтожение пограничных застав от 15 до 30 минут, столкнулось с ожесточённым сопротивлением, которого не встречало ни в одной европейской стране. Пограничные войска, насчитывавшие на западной границе около 85 тысяч человек, не дрогнули, не отступили и не сдались, превратив каждую заставу в неприступную крепость, а их по