Анатолий Ворохов

Традиционный анекдот в тему: Стоят на полке в Пятёрочке две бутылки Пепси и Колы. Пепси спрашивает у Колы: - Слушай, а почему на нижней полке все какие-то зелёные? - Не обращай внимания, там вчера Тархун выставили они с «Байкалом» всю ночь водку пили. Кто бы что ни говорил, но еда рулит. Если бы в нас не была заложена любовь к разнообразию и желание побаловать свои вкусовые сосочки, вся планета лопала бы овсяную кашу в режиме 24/7: дёшево, практично, полезно. Однако человек, даже доисторический, всегда любил пож... эээ... вкусно поесть. Приятная сытость не только давала тепло в желудке и всё теле, но и серьёзно повышала шансы на выживание, самооценку и даже возможность познакомиться с представителями противоположного пола. Эту простую истину понимали даже первобытные люди, всегда стремившиеся застолбить за собой самую тёплую пещеру и самого жирного мамонта. Выпить древние тоже любили, так же как и мы, причём это не обязательно что-то с градусами, но и приятное для всё тех же вкусовых

В холодное январское утро 1943 года в селе Девица Воронежской области раздались выстрелы. Семь мальчишек, едва шагнувших в юность, стояли перед глубокой ямой, которую сами же вырыли в снегу. Они не знали, что копают себе могилы. Метель хлестала их лица, но они работали, стиснув зубы, под прицелом немецких автоматов. И вдруг — залп. Лишь один голос, тонкий и отчаянный, успел прорезать тишину: «Мама!..» Это был тринадцатилетний Митроша Жерноклеев. А затем — тишина. Семь юных сердец остановились навсегда. Их звали Девицкими орлятами. Их подвиг, почти забытый в школьных учебниках, — это история о мужестве, которое не измерить ничем. Лето 1942 года в Воронежской области пахло гарью и страхом. Войска вермахта рвались на юг, и Воронеж стал ареной жестоких боев. Село Девица, что в двадцати километрах от линии фронта, оказалось в лапах оккупантов. Здесь, среди равнин, где не спрячешься за лесами, гитлеровцы устроили комендатуру, отделение гестапо и лагерь для военнопленных. В полуразрушенной