Ирина Ковалева

Он считал, что его жизнь идеальна: карьера, деньги, красивая жена. Но одна фраза — «Я беременна» — разрушила всё. Его реакция была мгновенной и жестокой: «Надеюсь, это шутка?» А через несколько часов её сумка уже лежала на улице. Месяцы спустя, мучимый странными снами и леденящим холодом в своей некогда уютной квартире, он узнаёт, где она находится. Он приходит в роддом с букетом и извинениями, готовый всё исправить. Но когда он просит подержать на руках своего новорождённого сына, жена смотрит на него ледяным взглядом и произносит всего несколько слов. Эти слова обрушат его мир и откроют тайну, которую он никогда не мог бы вообразить — тайну, связанную с тихим плачем в ночи, морозными узорами на окне в виде детских лиц и необъяснимым холодом, поселившимся в его доме в день её ухода. Артём Каштанов возвращался домой поздно, как обычно. Его чёрный внедорожник бесшумно скользнул по мокрому асфальту осеннего вечера и замер у подъезда элитного жилого комплекса «Лебединая гавань». Он выклю

Было неприятно даже мысленно приближаться к тому, что рано или поздно придётся оказаться в этом доме. Именно поэтому Андрей уже две недели гнал от себя эту мысль. Он упрямо откладывал решение, надеясь, что потом станет легче. Поводов прятаться за делами хватало. Пациентов было много. В клинике постоянно кто-то нуждался в приёме, в консультации, в срочном звонке. Андрей задерживался до позднего вечера, возвращался домой выжатым и почти без сил. На размышления не оставалось ни времени, ни желания. К этому добавилась предновогодняя суета. Нужно было придумать, где и как устроить корпоратив для своего коллектива. Нужно было найти ведущего, согласовать меню, выбрать подарки, сверстать список, никого не забыть и не обидеть. Дни ускользали, как вода. Он ловил себя на том, что живёт по расписанию, а не по ощущениям. В тот день всё шло как обычно. Андрей привычно просматривал карту пациента, когда администратор заглянула в кабинет. — Андрей Игоревич Васильев пришёл. Он записан на четырнадцать н