Ольга Моисеева

Нина вышла из такси у подъезда своего дома в пригороде Новосибирска, и январский мороз сразу вцепился в щёки. Она вернулась из командировки на целую неделю раньше: проект в Питере завершился досрочно, и она решила сделать сюрприз мужу. В руках — чемодан на колёсиках и пакет с подарками: бутылка хорошего грузинского вина и коробка его любимого тёмного шоколада. Она улыбалась, представляя, как Артём откроет дверь, удивится, обнимет её так, будто не видел месяцами, хотя прошло всего три недели. Лифт поднимался медленно, как всегда. На пятом этаже Нина достала ключи, тихо повернула замок, чтобы не спугнуть момент неожиданности. В квартире было тепло, пахло чем-то знакомым — её духами? Нет, скорее, свежезаваренным кофе и… чем-то ещё, лёгким, цветочным. Она прошла в прихожую, сняла пальто, поставила чемодан. Из гостиной доносилась тихая музыка — их общий плейлист, тот самый, который они включали по вечерам, когда хотели просто посидеть вдвоём. Сердце Нины забилось чаще от предвкушения.

Мария лежала неподвижно на спине, вдавливаясь в упругий матрац, и прислушивалась. Из-за стены доносился ровный мужской храп. Петр. Муж. Чужой мужчина, в чьем доме она оказалась по милости случая. Мысли путались, сон бежал прочь. А желание сходить по малой нужде, назойливое и болезненное, становилось все нестерпимее. С ней такое случалось, когда она переживала из-за чего-то, могла за ночь раза три в туалет сходить. Покойный муж Василий никогда этого не понимал, и Мария стыдилась своей немочи. Каждый раз она старалась сделать это тайком, встать так, чтобы не скрипнула кровать, пройти на цыпочках, задержать дыхание у двери… А если Василий проснется – то по полной получала от него ворчание и брань: «Ночью спать надо, а не шляться, по дому!» Здесь, в этом чужом доме было тихо. И страшно по-другому. Мария, осторожно приподнялась с кровати, поставила босые ноги на прохладный, крашеный пол. Сделала шаг, еще один. Старалась дышать неслышно, вся превратившись в струнку. И тут под ногой с громки

«Красота начинается в тот момент, когда вы решаете быть собой» Коко Шанель в 70 лет выглядела на 50, а в 80 все еще оставалась иконой стиля. Секрет не в дорогих процедурах — косметология тогда была примитивной. Не в генетике — жизнь в приюте и бедность в молодости не располагали к долголетию. Великая Мадемуазель следовала пяти простым правилам, которые стали ее философией красоты. «Красота начинается в тот момент, когда вы решаете быть собой», — говорила Шанель. Но «быть собой» для нее означало ежедневную работу над собой. Каждый день, каждый час, каждую минуту. Эти привычки не требовали денег, но требовали дисциплины — качества, которым она обладала в избытке. Шанель ложилась спать в 22:00 и вставала в 7 утра — в любом возрасте, в любое время года, в любой стране. Никаких исключений для вечеринок, работы или плохого настроения. «Регулярность — мать красоты», — считала она. Косметический арсенал Шанель состоял из мыла, воды и собственных рук. Никаких кремов, сывороток, масок. Каждый ве