МАМА НИКОГДА НЕ КРЕСТИЛАСЬ НА ЛЮДЯХ — НО СТОЯЛА МЕЖДУ ДЕТЬМИ И ТЬМОЙ
Мама никогда не крестилась на людях.
Елена вспоминала это сейчас, тридцать лет спустя, глядя на домашний иконостас с лампадой. А тогда, в семидесятых, всё было иначе. Мама носила комсомольский значок, ходила на собрания, голосовала «за». И только по ночам, когда отец засыпал, доставала из-под стопки белья тетрадный листок, исписанный карандашом, и шептала беззвучно, одними губами.
Елена подглядывала из-за двери. Ей было семь.
— Мам, ты чего?
— Спи, Леночка. Это я так... разговариваю.
С кем — Елена тогда не понимала. Но видела: мамины губы дрожали, а по щекам — влага. Не слёзы, нет. Мама никогда не плакала. Просто — влага.
В