Александр Папченков

— Слав, помоги стол раздвинуть. Рита вытерла влажные руки о подол фартука и ухватилась за край тяжелой дубовой столешницы. — Сама толкай, — не отрываясь от телефона, ответил муж. — Я спину надорвал, пока за вашими узбеками следил. Имею право в выходной посидеть спокойно. Слава вальяжно откинулся на спинку дивана и закинул ногу на ногу. Рита ничего не ответила. Она молча уперлась коленями в ножку стола, с силой потянула на себя. Механизм со скрипом поддался. Вставка легла на место. Часы показывали восемь утра. Впереди был долгий день. Сегодня они праздновали новоселье. Большой кирпичный дом в хорошем поселке, панорамные окна, просторная терраса, свежий ремонт. Дом, в который они переехали всего месяц назад. — Мясо замариновала? — крикнул Слава из гостиной. — Еще вчера, — сухо отозвалась Рита. Она вернулась на кухню, открыла холодильник, проверяя контейнеры с салатами. Три года назад умерла ее одинокая тетка. Оставила хорошую квартиру в областном центре. Рита ее продала, а деньги перевел

— Слав, помоги стол раздвинуть. Рита вытерла влажные руки о подол фартука и ухватилась за край тяжелой дубовой столешницы. — Сама толкай, — не отрываясь от телефона, ответил муж. — Я спину надорвал, пока за вашими узбеками следил. Имею право в выходной посидеть спокойно. Слава вальяжно откинулся на спинку дивана и закинул ногу на ногу. Рита ничего не ответила. Она молча уперлась коленями в ножку стола, с силой потянула на себя. Механизм со скрипом поддался. Вставка легла на место. Часы показывали восемь утра. Впереди был долгий день. Сегодня они праздновали новоселье. Большой кирпичный дом в хорошем поселке, панорамные окна, просторная терраса, свежий ремонт. Дом, в который они переехали всего месяц назад. — Мясо замариновала? — крикнул Слава из гостиной. — Еще вчера, — сухо отозвалась Рита. Она вернулась на кухню, открыла холодильник, проверяя контейнеры с салатами. Три года назад умерла ее одинокая тетка. Оставила хорошую квартиру в областном центре. Рита ее продала, а деньги перевел