Валентина Перова

Когда дети говорят о возрасте, в их словах всегда есть что-то обезоруживающе честное. Однажды ребёнок, вернувшись из школы, с особой серьёзностью рассказывал о своей учительнице – строгой, взрослой, почти «из другого мира». На вопрос о возрасте он немного подумал и выдал с уверенностью: – Наверное, ей уже около сорока… В этих словах не было ни насмешки, ни преувеличения – только искреннее детское восприятие. В его мире сорок – это уже где-то рядом с вечностью. И ведь когда-то так думали почти все. Но проходит время – и вдруг оказывается, что сорок – это не конец, а середина. Пятьдесят – это ещё движение. А шестьдесят – вообще странным образом становится началом чего-то нового. Возраст словно меняет форму, как вода: он не фиксирован, он текуч. И в какой-то момент приходит понимание: дело никогда не было в цифрах. Тяжесть смертности Есть одна мысль, от которой невозможно полностью отмахнуться, как бы ни хотелось – жизнь не подчиняется справедливости. Кто-то уходит слишком рано. Кто-то жи