Светлана Курицына

У Феликса оставались считаные минуты, чтобы заехать домой и предупредить мать: выходные он проведёт на даче у друзей. Его товарищи, Дэн и Тоха, оба были женаты и нередко устраивали себе короткую передышку от семейных забот в дачном посёлке. Там, среди сосен и лиственного леса, стоял дом, оставленный Дэну родителями. На втором этаже располагалась стеклянная веранда. Из неё открывался вид на невероятно красивое озеро, обрамлённое невысоким кустарником, а дальше — тёмной полосой леса. Феликс, выросший в ритме городской квартиры, особенно любил выходить туда один: ранним утром, когда остальные ещё спали, или поздней ночью, когда все уже разошлись. Он стоял у стекла, слушал тишину, смотрел на воду и ощущал редкое спокойствие, словно природа умела одним взглядом унять суету. Дэн и Тоха приезжали за другим. Им хотелось шумного отдыха: карты, разговоры, рыбалка. Впрочем, рыбалка у них служила скорее поводом — главной целью становились шашлыки и весёлое безрассудство. Снасти при этом покупались

Маша волновалась. Да и кто не волнуется, когда отправляется в путь. А когда в путь отправляешься тайно, вдвойне тревожно. Сегодня вечером Верка по телефону прочтет ее записку родителям. Даже эту записку Маша писала, пребывая в каком-то непонятном страхе и сомнениях. Там всё обстоятельно разъяснено: она просит прощения, просит не волноваться, обещает вернуться и объясняет, что должна найти маму.  О письмах она там не упоминает, но даёт знать, что едет в Алтайский край по последнему адресу родной матери. Начало рассказа Часть 2 Часть 3 Часть 4 Величественное здание Волгоградского вокзала казалось огромным. Но напряжение там немного отпустило. Народу много, и Маша вклинилась в общую суету.  Она нашла табло, бросила туда взгляд, но номера платформы прибытия ее поезда ещё не было. Времени до отправления было достаточно, она прошла в зал ожидания, села на прохладное деревянное кресло.  Можно передохнуть, подумать о содеянном спокойно. Что будет вечером? Отец взбаламутится, конечно, разволнуе