Галия Утешева (Кужагалиева)

«Я три года переводила маме по двадцать тысяч, а потом приехала без предупреждения и застыла на пороге» Нина стояла у двери родительской квартиры и не могла пошевелиться. Рука всё ещё сжимала ручку чемодана, вторая так и осталась на кнопке звонка, будто тело забыло, что ему делать дальше. Сердце билось где-то в горле, в висках, в дрожащих пальцах. Из кухни тянуло жареным луком, свежим хлебом и чем-то таким знакомым, таким родным, что на секунду захотелось заплакать ещё до того, как она переступит порог. Но плакать было рано. Потому что то, что она увидела через открытую дверь, никак не укладывалось у неё в голове. На её кухне — на той самой кухне, где всё детство пахло мамиными пирогами, где зимой на подоконнике стояли банки с вареньем, а летом сушились пучки мяты, — сидела чужая женщина. В домашнем халате, в маминых тапочках, с видом хозяйки. Она спокойно помешивала что-то в кастрюле и даже не обернулась сразу, будто для неё было обычным делом находиться здесь, среди стареньких зан

Она могла остаться в Москве, сделать карьеру, но потратила последние деньги ради того, чтобы спасти красоту и историю, которую просто стало жалко. Когда-то терем принадлежал купчихе Устинье Росковой — её баранки славились на всю округу. А само Заозерье упоминается в "Пошехонской старине" Салтыкова-Щедрина. Село принадлежало матери сатирика. В XVIII веке здесь кипела жизнь: множество трактиров превратили село в место для шумных гуляний. Работали кузнецы, функционировал кожевенный завод, а торговцы-"маяки" бойко продавали местные холсты на ярмарках. Сейчас всё намного спокойнее. Когда я приезжаю сюда, то кажется словно Заозерье находится вне времени. Ровные улицы с деревянными домами, центральная площадь с парой магазинчиков и храмом, низенькие деревянные заборчики, уютные палисадники. Алёна Петухова родилась здесь же, в этом селе с почти шестисотлетней историей. После школы и педагогического колледжа в Угличе отправилась покорять Москву — мечтала стать стюардессой, объездить весь ми

22 марта исполнился 111 лет со дня рождения Георгия Жженова - актера, чья жизнь больше напоминала сценарий приключенческого фильма, чем обычную биографию. Зрители знают его по ролям в «Берегись автомобиля», «Ошибке резидента» и культовом «Экипаже», однако мало кто помнит, что его творческая судьба была тесно связана и с Воронежем. Георгий Степанович родился в Петербурге 22 марта 1915 года. Школьные науки давались ему тяжело: будущий артист прогуливал уроки и не блистал оценками, зато с детства был очарован театром и цирком. Чтобы поступить в цирковое училище, 15-летний Жженов пошел на отчаянный шаг - украл документы у старшего брата, так как в учебное заведение принимали только с 16 лет. Его кинодебют состоялся в начале 30-х годов в немом фильме «Ошибка героя». Всего фильмография артиста насчитывает порядка 100 картин, но настоящая всенародная любовь пришла к нему позже. В конце 1960-х он снялся у Эльдара Рязанова в «Берегись автомобиля», а затем блестяще исполнил главную роль разведчи

Семеро детей и вечерняя премьера. Пятеро — и съёмочная смена до рассвета. В актёрской среде это звучит почти как несовместимые вещи. Профессия, где всё держится на мобильности, свободном графике и полной отдаче, редко ассоциируется с многодетной семьёй. Но за кулисами глянца — совсем другая арифметика. Пока зритель обсуждает роли и рейтинги, дома у этих людей — школьные чаты, коляски, подростковые бунты и бесконечные списки дел. И речь не о двух-трёх детях, что давно перестало кого-то удивлять. Пять, шесть, семь и даже восемь — это уже масштаб, который меняет ритм жизни полностью. Семь детей — это не метафора, не красивый оборот, а конкретные имена, расписание кружков и школьные собрания. Ирина Леонова — актриса с академическим бэкграундом и сценической выучкой, которую редко вспоминают в контексте громких скандалов, но часто — в контексте большой семьи. Она родилась в Таллине, выросла в театральной среде, занималась в студии при Русском драматическом театре в Риге, а затем окончила Ще