Татьяна Афонасова

В сельском детском саду "Солнышко" было непривычно оживлённо, хотя детей ещё не привели. Зал — бывший актовый, с низким потолком и облупленной лепниной — пах хвоей, мокрой тряпкой и чуть подгоревшим утюгом. Ёлка стояла у стены, кривоватая, но старательно украшенная: стеклянные шары с потёртой позолотой, ватные грибочки, звёздочки из фольги, вырезанные ещё в прошлом году. На макушке — красная пятиконечная звезда, пережившая не один праздник. Воспитательница, Анна Ивановна, поправляла мишуру, прищуриваясь и отходя на шаг назад, как художник перед незавершённой картиной. На ней был старый шерстяной кардиган, из кармана торчала записка со списком стихов. Она время от времени поглядывала на часы — круглые, с жёлтым циферблатом, висевшие над дверью. — Без пяти десять… — пробормотала она, больше для себя. Через час должен был начаться утренник. Родители придут заранее, с камерами и фотоаппаратами, дети — в накрахмаленных рубашках, снежинках и зайчиках. Всё должно быть как положено. Как каждый

Март 1942 года. Оккупированная Польша. Лагерь для советских военнопленных — место, где человеческая жизнь стоила меньше пайка эрзац-хлеба. Среди тысяч изможденных лиц, серых от голода и тифа, немецкий офицер выискивал особенных людей. Его взгляд остановился на анкете одного из заключенных. Биография этого человека была похожа на приключенческий роман: бывший беспризорник, главарь банды, чудом избежавший расстрела в СССР. Офицер Абвера решил: этот — идеальный материал. Он должен ненавидеть Советскую власть. Он готов предать. Немцы и подумать не могли, что, вербуя этого доходягу, они подписывают приговор своим собственным дивизиям под Сталинградом. Они не знали, что перед ними не бывший уголовник, а гениальный актер и ученик великого педагога Макаренко. Человек, который сыграет свою лучшую роль в смертельной игре двух разведок. «Педагогическая поэма» с револьвером Чтобы понять, откуда у этого человека стальные нервы, нужно отмотать пленку назад, в 1920-е годы. Семен Калабалин родился