Зера Аблаева

Когда родился Ваня, врачи предупредили его маму, что у него тяжелая инвалидность. «Зачем вам это надо?» — спросили они. У мальчика была патология почек, и родители подписали отказ от лечения. Все думали, что Ваня не выживет. Но он вернулся в семью. Евгений и Татьяна жили в селе, снимали квартиру. Беременность была неожиданной. Сначала все шло хорошо, но на одном из скринингов врачи обнаружили у ребенка патологию почек. Семью отправили в клинику в Барнауле. Нефролог сказала, что неизбежна инвалидность. В другой клинике предложили сделать внутриутробную операцию в Екатеринбурге или Москве. — Некоторые врачи сразу предлагали аборт, некоторые недоумевали: «Зачем вам это надо?» — вспоминает Евгений. — Но в Барнауле нам дали надежду. Хотя все равно вселяло страх, что у нас в районе медицина хромает. Мы не знали, как в случае чего лечить сына дальше. Выбрали Екатеринбург, потому что он ближе. Татьяну увезли в Барнаул. Бюрократия замедляла: за три недели у ребенка в почках появились кисты, а м

В 70-е годы многие турецкие семьи искали спасения от финансового хаоса в спокойной и сытой Западной Германии. Семья Теветоглу не стала исключением и обосновалась в небольшом городке Альцай. Именно там 17 октября 1972 года появился на свет мальчик, которого назвали Хюсаметтин Таркан. Его рождение окружали почти мистические обстоятельства. Мать артиста, Неше, попала в тяжелую аварию, будучи беременной. Врачи настаивали на прерывании, но отец, Али бей, увидел вещий сон. Ему приснился здоровый, громко кричащий сын со звездой во лбу. Ребенка решили оставить. Медсестра в роддоме, услышав голос новорожденного, в шутку предсказала, что он станет певцом. Она не ошиблась. Будущая звезда росла в окружении братьев и сестер. Дома всегда пахло турецкими специями и звучали национальные мелодии, хотя за окном была типичная немецкая аккуратность. Это сочетание двух миров позже создаст тот самый уникальный стиль артиста. В 1986 году, когда Таркану было 13, семья вернулась в Турцию. Переезд в город Карам

История семьи легендарной Эдиты Пьехи – это не просто летопись сценических триумфов, но и глубокая личная драма, которая разворачивалась на протяжении десятилетий. Дочь великой артистки, Илона Броневицкая, прошла через обиды, едва не разрушившие её отношения с матерью, и столкнулась с настоящим ужасом – отчаянной борьбой за жизнь собственного сына. Этот рассказ о том, как женское счастье соседствовало с трагедией, как удалось сохранить хрупкие семейные узы и где сегодня обрела покой неподражаемая Пьеха. Илона появилась на свет в 1961 году в Ленинграде, в семье, где каждый уголок, казалось, был пропитан музыкой. Её отец, Александр Броневицкий, был создателем и руководителем знаменитого ансамбля «Дружба», а мать, Эдита Пьеха, уже тогда стремительно восходила на олимп советской эстрады, становясь одной из самых ярких звёзд. Однако для маленькой Илоны родители были скорее прекрасными, но далёкими гостями из волшебной сказки. Бесконечные гастроли и плотный график вынудили отдать девочку на

Люба никогда не думала, что будет вздрагивать от звука поворачивающегося ключа в замке. Ей, дочери простой учительницы, брак с Эдуардом Власовым, вице-губернатором области и владельцем половины городских заводов, казался сказкой. Принц на белом «Мерседесе», охапки роз, обещания вечной любви. Сказка закончилась через месяц после свадьбы. Начался бытовой ад в золотых декорациях. Эдуард оказался патологическим садистом. Нет, он не бил её кулаками — это оставляло следы, а репутация для него была всем. Он уничтожал её морально. Он запирал её в гардеробной на сутки за «неправильный» взгляд. Он мог выбросить её любимые книги, заявив, что «жена Власова должна думать о муже, а не о глупостях». Он превратил её в дорогую куклу, функцию, тень. — Ты никто, Люба, — любил повторять он, попивая коньяк стоимостью в её годовую зарплату до замужества. — Я тебя из грязи достал, я тебя и обратно втопчу. Попробуешь пикнуть — твою мать в психушку сдам, а тебя по кругу пущу. Люба терпела два года. Она угасала