Татьяна Иванова

Февраль 2026 года. За окнами наших квартир и домов шумит или, напротив, стоит в тихом морозном оцепенении обычная городская зима. Мы включаем телевизор, листаем ленты новостей в смартфонах, живем в гуле информационного поля. А где-то там, за две с лишним сотни километров от ближайшего человеческого жилья, в глубине Абаканского хребта Западного Саяна, эту же зиму проживает день за днем, час за часом одна восьмидесятилетняя женщина. Ее зовут Агафья Карповна Лыкова. И ее февраль — это не цифры в календаре и не сводки погоды, а реальная, осязаемая, полная труда и молитвы жизнь на заимке в хакасской тайге. Как она встречает свой восьмой десяток лет? Что для нее значат эти морозные дни, когда столбик термометра падает далеко ниже нуля? Многие ли из нас, избалованные центральным отоплением и круглосуточными магазинами, смогли бы выдержать даже неделю такой жизни? И, может быть, самый главный вопрос — что движет человеком, который добровольно остается лицом к лицу с этой суровой природой, с

Никогда прежде ноябрь не приносил таких свирепых метелей. Полина невольно поёжилась и с облегчением подумала, что успела вовремя заделать все щели в стенах: законопатила паклей и тщательно промазала глиной, пока погода ещё позволяла возиться с ремонтом. Дом, хоть и старый, оказался крепким и вполне пригодным для жизни. Русская печь сохранилась удивительно хорошо, а вокруг было сколько угодно дров, так что на зиму теплом она обеспечила себя заранее. В этой стране брошенных деревень было много. Полина объехала не одну, прежде чем нашла место, которое согласилась назвать своим. По всему было видно: люди покинули эти края не так давно. Они уехали поспешно, оставив даже домашних питомцев. Собаки и кошки бродили по улицам, выискивая хоть какую-нибудь пищу, и в их взглядах было столько растерянности, что у Полины каждый раз неприятно сжималось сердце. Этот дом она заметила издалека. Стоило лишь бросить на него взгляд, как возникло ощущение: хозяин был мастеровой, рукастый, всё делал на совест