– Мам, ты чего это? – на кухню, прихрамывая больной ногой со сна, вышла Таня, дочка, – Муку-то зачем брала? Голодная что ли?
– Не-ет. Спала б ты ещё. Сашка приснился, блинов просил... Вот и...
Дочь покачала головой. Но не стала ничего говорить. Пошла, взяла метелку, начала муку с пола собирать. А пока мела, надумала.
– Ну, раз просил, значит испечем. Чего бы не испечь-то? И ребятня поедят. И Сашу помянем.
Детей у бабы Липы родилось девять. Таня брата Сашу, например, не помнила совсем. Была она младшая, родилась, когда Саша уж умер. Сейчас Олимпиаде Егоровне было девяносто четыре года, а дочери Татьяне – шестьдесят пять. Она и сама была уж бабушкой. Да ещё какой бабушкой! У сына-то – двое