Гази Рамазанов

Есть книги, которые меняют направление реки. «Воскрешение наук о вере» аль-Газали - одна из них. До неё суфизм и ортодоксальное исламское богословие существовали в состоянии взаимного раздражения: богословы подозревали суфиев в ереси, суфии смотрели на богословов как на людей, знающих слова, но не знающих Бога. После неё - граница между ними стала проницаемой. Суфизм вошёл в ортодоксию, ортодоксия обрела внутреннее измерение. Человек, сделавший это, сам прошёл через личный кризис такой глубины, что почти не мог говорить. Его биография - лучший комментарий к его богословию. Абу Хамид Мухаммад ибн Мухаммад аль-Газали родился в 1058 году в Тусе - городе в Хорасане, на северо-востоке Ирана. Отец был торговцем шерстью - небогатым, благочестивым. Умер рано, оставив двух сыновей - Мухаммада и Ахмада - на попечение суфийского друга. Тот дал им образование, пока хватало средств, потом отправил в медресе - там хотя бы кормили. Аль-Газали учился жадно. Сначала в Тусе, потом в Нишапуре - у Имама а

Когда в отделе кадров мне сказали, что место моей первой службы — горный аул в Дагестане, я достал телефон и начал искать его на карте. Точки не было. Была дорога, которая упиралась в сопку, и рядом подпись — «труднодоступная местность». Мне было двадцать три года, я только что окончил юридический в Ставрополе и думал, что знаю про Кавказ достаточно. Горы, лезгинка, шашлык. Оказалось, что я не знал ничего. До аула добирался три с половиной часа от районного центра — последние двадцать километров по грунтовке с такими поворотами, что пассажиры автобуса молчали и смотрели в окно. Как мне показалось, для них это обыденность. А я намертво вцепился в ручку спинки кресла спереди. Аул открылся сразу весь: двести домов из серого камня, террасами на склоне горы, как будто кто-то поставил их аккуратной стопкой. Внизу — река. Сверху — вечные снега на пике. Между ними — жизнь, которой, судя по виду, было несколько сотен лет. Начальник местного отдела — аварец Магомед, лет пятидесяти пяти, с руками