Дронь Сергей

ОДИН МУЖЧИНА НА ВСЮ ДЕРЕВНЮ. ИСТОРИЯ, О КОТОРОЙ ДОЛГО МОЛЧАЛИ В этой деревне долго делали вид, что всё нормально. Жили, как живут в сотнях таких же мест: вставали затемно, шли в поле, ругались на погоду, на власть, на жизнь, а по вечерам молчали. Здесь умели молчать годами. Особенно о том, что было неудобно, стыдно или страшно обсуждать вслух. Он появился здесь не с рождением и не по любви. Его

Анатолий Комаристов Андрей твердо решил, что после окончания срочной службы вернется в родное село Покровское. Многие солдаты, с которыми он служил в полку ВДВ, решили домой не возвращаться, а собирались ехать в город и уговаривали его поехать с ними в ближайший областной центр. — Там легче на работу устроиться, койку в общежитии дают сразу, платят больше. Жену легче найти. Знаешь, сколько там свободных девчонок? Или ты бобылем решил остаться? Ну чего ты поедешь в свою деревню? Что там делать, будешь? Одной корове хвост крутить и самогон хлебать с утра до вечера. Последний народ бежит из сёл в города. Всё развалили реформаторы. Из писем родителей Андрей хорошо представлял себе обстановку в родном селе. Как и в большинстве районов, сельское хозяйство пришло в упадок. Скот порезали на мясо, коровники и свинарники растащили на дрова, комбайны, трактора и другую технику уже давно разобрали и сдали как металлолом. Молодежи в селе практически нет. Все уехали в города искать другую, хорошую ж

Огни за окном плыли жёлтыми пятнами. Редкие, размытые, они появлялись и исчезали в темноте, и я смотрела на них уже третий час. Не потому что интересно. Просто больше некуда было смотреть. Тридцать первое декабря. Поезд. Купе на четверых. И я — одна у окна, с телефоном, который молчит. Билет я купила вчера вечером. Сидела в пустой квартире, смотрела на ёлку, которую даже не нарядила, и вдруг поняла: если встречу Новый год здесь одна, то это уже не независимость. Это приговор. Мама обрадуется. Хотя виду не покажет, конечно. Скажет: «Ну наконец-то вспомнила, что у тебя есть родители». А сама будет суетиться на кухне и готовить в три раза больше, чем нужно. Два года я не была дома. Всё работа. Сначала некогда, потом привыкаешь, что некогда. А потом уже и не знаешь, как вернуться. Я машинально крутила кольцо на пальце. Серебряное, простое, от бабушки. Она носила его всю жизнь и отдала мне перед смертью. Сказала: «Чтобы помнила, откуда ты». Я помнила. Просто редко туда возвращалась. В купе