Валентина Куличкова Орловская

Кишечник способен переварить и усвоить абсолютно всё, что вы съедите, до глубокой старости Есть удивительная особенность человеческого организма: он изначально создан невероятно прочным. Если говорить о пищеварении, то кишечник способен работать практически всю жизнь – без сбоев, без хронических воспалений, без постоянных лекарств. По крайней мере, так задумано природой. И всё же реальность выглядит совсем иначе. Почему уже после сорока лет многие начинают замечать странные перемены? Казалось бы, еда остаётся той же, привычной, но после ужина появляется тяжесть, вздувается живот, возникает неприятное ощущение распирания. В пятьдесят всё чаще приходится держать под рукой таблетки от изжоги. А в шестьдесят на обследовании вдруг обнаруживаются полипы, хронические воспаления, подозрительные образования. Врач, который видел организм как систему В начале прошлого века жил человек с необычной судьбой и по-настоящему нестандартным мышлением – врач, которого называли генералом медицины, Алексан

Про поджелудочную вспоминают странно. Обычно – поздно. Когда уже «тянет», «жжёт», «как будто камень под рёбрами», и вдруг привычная еда перестаёт быть нейтральной. Она становится испытанием. И в этот момент многие с удивлением ловят себя на мысли: а ведь этот орган молчал десятилетиями. Работал. Терпел. Не жаловался. Поджелудочная вообще из тех, кто не устраивает истерик. Она не болит годами, не требует внимания, не напоминает о себе каждый день. Но это не значит, что с ней всё в порядке. Это значит – она долго держится. А потом сдаёт резко. Доктор Александр Мясников не раз подчёркивал: проблемы с поджелудочной редко возникают «вдруг». Чаще это итог привычек, которые кажутся безобидными. Утренний кофе натощак. Сладкое «к чаю». Жирное «ну что такого, разок». И так – годами. «Организм многое прощает в молодости, но с возрастом выставляет счёт», – эта фраза звучит жёстко, но удивительно точно. После 60 тело уже не работает как универсальный комбайн. Оно становится точным механизмом, где к