Лидия Беляева (Андрюхина)

Нож глухо стучал по разделочной доске. Марина резала овощи для салата, когда в коридоре хлопнула входная дверь. Игорь вернулся с работы. Он долго разувался, повесил куртку, прошел на кухню и тяжело опустился на табурет. – В субботу идем к Оксане, – сказал он, глядя в окно. – Тридцать пять лет. Юбилей все-таки. Марина отложила нож. Смахнула нарезанный огурец в салатник. Внутри привычно потянуло глухим, тягучим раздражением, но внешне она осталась совершенно спокойной. – Давай просто переведём деньги, – предложила она, вытирая руки полотенцем. – Пять тысяч от нас. И ей полезнее, и нам выходные не ломать. Я устала за неделю, Игорь. – Марин, ну неудобно. Сестра же. Мать уже звонила, спрашивала, что дарить будем. Обидятся. Марина тихо выдохнула. Худой мир всегда лучше доброй ссоры. Это правило она усвоила давно, ещё в первые годы брака. – Хорошо. Идём. Дениса возьмем с собой, он давно с двоюродными братьями не виделся. *** Оксана была младшей сестрой Игоря. Из тех женщин, что делают свою бы

РАССКАЗ. ГЛАВА 5. Суббота выдалась на удивление ясной. После недели нудных дождей и низких туч небо наконец прояснилось, и солнце, бледное, осеннее, выглянуло из-за облаков, золотя крыши домов и мокрые ветви деревьев. На траве ещё лежал иней, который не спешил таять, и воздух был прозрачным, звонким, как хрусталь. В таких воздух каждый звук разносится далеко — слышно, как скрипит колодезный

РАССКАЗ. ГЛАВА 7. Они шли уже третьи сутки после встречи. Ваня почти не отходил от сестры — всё боялся, что потеряет её снова. Иногда среди ночи просыпался и трогал её плечо, проверял — здесь ли, жива ли. Полинка спала крепко, доверчиво прижимаясь к брату, и Ваня подолгу смотрел на неё, вспоминал, как маленькой таскал её на закорках, как учил читать, как горевал, когда она болела.