Раиса Колодина

– Соли мало. И пережарила опять, корка жесткая. Ты же знаешь, у меня изжога от такого. Женщина замерла у плиты с полотенцем в руках. На сковородке шкварчали румяные котлеты, источая аромат чеснока и специй, но аппетит пропал окончательно. Она медленно повернула голову и посмотрела на мужчину, сидящего за кухонным столом. Виктор методично ковырял вилкой в тарелке, отделяя поджаристую корочку от мясной серединки. На нем была идеально выглаженная домашняя рубашка. Никаких вытянутых треников, только аккуратные брюки. Он всегда требовал идеального порядка, как в одежде, так и в еде. – Витя, я готовила по тому же рецепту, что и всегда, – тихо ответила Нина, вытирая руки. – Фарш свежий, на рынке утром брала. – Значит, на рынке обманули, – безапелляционно заявил муж, отодвигая тарелку на край стола. – Или ты отвлеклась на свои сериалы и передержала. Завари мне чай. Только не этот из пакетиков, а нормальный, листовой. И заварник кипятком обдай сначала, как я учил. Нина молча взяла чайник. Вода

– Опять ты ему сладкое даешь перед самым ужином, ну сколько можно повторять одно и то же! Голос прозвучал резко, звонко, разрезав уютную тишину кухни. Нина Петровна вздрогнула от неожиданности, и маленькая фарфоровая чашка, которую она как раз вытирала льняным полотенцем, едва не выскользнула из мыльных пальцев. Она торопливо ополоснула руки под краном, закрыла воду и обернулась. В дверях стояла Лена. На ней было элегантное бежевое пальто, легкий шелковый платок небрежно, но очень стильно обхватывал шею. Дочь выглядела уставшей, но этой особенной, модной усталостью молодой женщины, которая только что вернулась из офиса, где работает начальником отдела. В руках Лена держала ключи от машины, нервно перебирая их пальцами. За кухонным столом сидел семилетний Миша. Он замер с надкушенным овсяным печеньем в руке, большими глазами глядя на мать. Рядом, прямо на теплом линолеуме, возилась четырехлетняя Анечка, увлеченно пытаясь накормить пластикового медведя остатками картофельного пюре из сво

По сравнению с главными белорусами советской эстрады — «Песнярами» — ВИА «Верасы» смотрелся и звучал простовато. И всё-таки ансамбль запомнился. Во-первых, визуально. Ни в одном другом коллективе СССР не было колоритного усача и интеллигентной дамы в очках, которые бы с такой любовью смотрели друг на друга на сцене. Во-вторых, «Верасам» повезло создать всенародный шлягер на века — незабвенную «Малиновку». Финал фестиваля «Песня-80» вышел в эфир 1 января 1981 года. Примерно в середине белорусский ансамбль «Верасы» вышел на сцену во второй раз. И если в свой первый выход белорусские музыканты исполнили романтический «Белый парус», то на этот раз всё было иначе. Солист-усач с бас-гитарой явил стране главный номер «Верасов»: «Малиновки заслыша голосок, припомню я забытые свидания...» Сразу привлекла внимание и девушка со «свистулькой». На сцене появились и подтанцовка, что также было в новинку. Правда, солистка в очках почему-то в тот день перед публикой так и не появилась... ВИА «Верасы»