Галина Вострикова

Минус тридцать за стенами чума, а я сижу, накинув на себя ягушку из шкур оленей, и смотрю, как хозяйка Лина ловко помешивает суп в котелке на печке. "Сегодня тепло," — говорит она. "Вот когда -50 °С, тогда холодно". А ведь там, за пологом чума, простирается бескрайняя тундра, где ветер пронизывает до костей. В таком чуме я прожила три дня. Зимой посреди тундры. И готова на личном опыте рассказать, как там всё устроено. Конструкция чума удивительно проста и эффективна. Представьте конус из 30-40 длинных жердей, покрытый оленьими шкурами зимой или брезентом летом. На один зимний чум уходит около 80 шкур! Неудивительно, что его стоимость может достигать миллиона рублей. "Если шесты поставить пошире, чум будет просторнее, но холоднее. А если более вертикально — теплее, но места меньше," — объясняет Яша, хозяин стойбища. А что самое удивительное — сборка такого жилища занимает всего 40 минут! Традиционно постановка и сборка чума — задача женщины. Но сейчас очень часто мужчины тоже помога

Этот город - самым северный и один из самых труднодоступных в России. Он расположен на Чукотке, почти у самой крайней точки материка. Попасть сюда можно только через Анадырь: сначала самолётом, а затем — почти сутки пути по бездорожью с бродами и переправами. Любая доставка продуктов становится дорогостоящей операцией, поэтому цены здесь особенно высокие. Суровый климат и отсутствие привычной инфраструктуры превращают жизнь в испытание на прочность. Что же это за город, и как его жители умудряются выживать в таких условиях? На краю России (и материка) затерялся самый северный город — Певек. Сюда не ведут привычные дороги, а удалённость от транспортных маршрутов делает повседневную жизнь не только сложной, но и крайне дорогой. Чтобы добраться до Певека нужно преодолеть целый маршрут. Сначала нужно лететь самолетом 10 часов до Анадыря, затем пересесть на вездеход и провести еще примерно 17 часов (в лучшем случае) в дороге преодолевая бездорожье и 2 брода. Но есть и другой вариант — мест

Премьера семейной драмы «Маленькая Вера» состоялась в 1988 году и стала самым обсуждаемым кинопроектом эпохи перестройки. По популярности картину сравнивали с мелодрамой «Интердевочка», которая вышла немного позже. Режиссер «Маленькой Веры» Василий Пичул снял социальную драму, которая вызвала широкий резонанс, ведь до него подобных фильмов не снимали. Киноведы же раскритиковали фильм. Например, обозреватель журнала «Спутник телезрителя» Татьяна Хлопнянкина указала, что никаких открытий режиссер не сделал, просто зрители не привыкли к такому уровню реализма на экране. При этом, в первый же год картину посмотрели 54 миллиона советских зрителей. С тех пор прошло 38 лет, отрезок времени огромный! Многим интересно, а как сложилась дальнейшая судьба актеров, как они выглядят и кто до сих пор снимается в кино. Наталья Негода, 62 года Родилась в Москве, в творческой семье. Ее родители имеют прямое отношение к искусству. Отец Игорь Негода много лет отдал службе столичному театру юного зрител