Нина Иванова (Тюрина)

Режиссер смотрел на худенькую девушку и кричал в бешенстве: «Ты хоть книжку читала? На кого ты похожа?!». Сорок килограммов против образа толстовской Катюши Масловой — это было абсурдом. Михаил Швейцер видел свою героиню совсем другой: пышной, «аппетитной и в теле». А перед ним стояла хрупкая студентка, которую он готов был выставить за дверь прямо сейчас. Но жена режиссёра, Софья Милькина, разглядела в этих глазах нечто большее. Она шепнула перепуганной Тамаре: «Детка, не плачь. Мы всё сделаем». Началась настоящая спецоперация. Девушке дали месяц на преображение. Всё общежитие откармливало её — студенты несли еду, пытаясь добавить хоть какие-то формы. Костюмеры шили специальные накладки, чтобы визуально расширить фигуру. Швейцер сдался. И мир получил ту самую Катюшу Маслову — ту, которая заставит рыдать миллионы. Но никто тогда не знал, какую цену заплатит эта актриса за свой успех. И уж точно никто не догадывался, что спустя десятилетия великая звезда будет стыдливо прятаться от гост

Дорогие мои друзья, всем большой-большой привет! Сегодня будем готовить потрясающие, вкусные, яркие, ароматные, мягкие оладьи с начинкой. Чудесная, быстрая замена пирожкам. Давайте начнём приготовление с начинки. Нам понадобится одна большая луковица. Нарезаем её помельче. Отправляем на сковородку, предварительно разогретую с растительным маслом. Жарим лук до лёгкой золотистости, пока не появится приятный аромат. К обжаренному луку добавляем фарш — 500 г. Фарш может быть абсолютно любой. Я взяла куриный, он рубленый, с небольшими кусочками. Обжариваем вместе с луком на среднем огне, постоянно помешивая, разбивая комочки. Фарш посолим, добавим чёрный молотый перец, немножко сухого чесночка для аромата и сладкой паприки. Также для начинки нам понадобится один сладкий болгарский перец. Нарезаем его маленькими кусочками и добавляем в сковородку. Подержим на огне ещё минуты две-три, чтобы перец немного смягчился. Начинка готова. Перекладываем её на тарелку, чтобы остыла, а тем временем з

- Мам, ты что, в 82 года замуж собралась?! Она не собиралась замуж. Она просто хотела, чтобы рядом был кто-то живой. Чтобы было кому вызвать скорую, если упадёт. Кому сказать «доброе утро». Но дочь почуяла неладное: мамин дом уплывает из рук. Вере Степановне восемьдесят два. Муж умер давно. Деревня пустеет, а дети звонят раз в месяц, говорят «некогда» и вешают трубку. Но однажды случается то, после чего молчать уже невозможно. И тогда она решается открыть шкатулку. Вот только готовы ли дети прочитать то, что там внутри? И успеют ли? *** Вера Степановна проснулась от тишины. Тишка, старый пес, не скулил у двери, как обычно. Лежал у печки, дышал тяжело. - Что, старик? - Вера опустилась на колени рядом. - Тоже ноги не держат? Тишке было четырнадцать. По собачьим меркам он был глубоким стариком. Вере Степановне исполнилось восемьдесят два, и они встретили вместе немало рассветов. Она выглянула в окно. За стеклом висело серое небо, голые березы, соседский дом с заколоченными окнами. Еще т