Виктория Короткова (Петрикеева)

– Оль, а где у нас майонез? Я в холодильнике смотрю, в упор не вижу, – голос Сергея доносился из кухни, перекрывая шум работающего телевизора. – И хлеба нет. Ты что, в магазин не заходила после работы? Ольга с трудом разлепила глаза. Веки казались свинцовыми, а в горле словно поселился еж, царапающий слизистую при каждом, даже самом осторожном глотке. Она лежала на диване в гостиной, укутавшись в колючий шерстяной плед, и её бил озноб. Часы на стене показывали половину восьмого вечера. – Сережа, я же писала тебе сообщение, – прохрипела она, пытаясь приподняться на локте, но голова тут же закружилась, и комната качнулась вправо. – Я заболела. У меня температура тридцать девять. Муж появился в дверном проеме. В одной руке он держал пустую банку из-под кофе, в другой – надкушенный бутерброд с сыром, но без масла. На лице его читалось не сочувствие, а искреннее недоумение, смешанное с легким раздражением человека, чей привычный уклад жизни внезапно нарушили. – Ну заболела и заболела, с кем