Татьяна Кузьменкова

Харуо Такэси прилетел в Россию с настроем человека, который идёт в хорошо известный музей: видел по картинкам, подготовился, изучил справочник. Он был уверен, что его ждут сталинские высотки, архитектурная строгость и холодный функционализм — классика, которую показывают иностранцам, чтобы продемонстрировать характер страны. Сам он жил в Синдзюку, в квартире площадью ровно 32 квадратных метра — «просторной» по меркам Токио. Работал инженером-проектировщиком, специалистом по микрозонированию: его профессия — впихнуть полноценную жизнь в пространство чуть больше шкафа. И именно поэтому путешествие на российскую дачу стало для него не просто поездкой, а столкновением с параллельной реальностью, где все привычные законы складывались обратно. Как японца заманили на дачу, не предупредив о последствиях В Москве его встретил коллега — инженер Сергей Лапшин. Мужчина старой советской закалки: надёжный, прямой, без премудростей. Харуо рассчитывал, что его ждёт экскурсия по столичной архитектуре,