Татьяна Быкова

Июнь 2023 года. Линия фронта. Знойный воздух над степью дрожал от жары, смешанной с едкой гарью и пылью, которую поднимали разрывы снарядов. Здесь, на одном из самых напряженных участков фронта, украинское командование бросило в бой свои элитные резервы, пытаясь любой ценой проломить российскую оборону в ходе своего разрекламированного «контрнаступления». Мотострелковая рота 60-й отдельной бригады, удерживавшая стратегически важный рубеж, оказалась в эпицентре огненного шторма. Восемь тяжелых американских броневиков MaxxPro кружили вокруг наших позиций, как стая хищников, сжимая смертельное кольцо. Командир роты с позывным «Вьюга» был тяжело ранен и контужен, управление боем висело на волоске. В этот критический момент, когда казалось, что спасения нет, а враг уже празднует победу, командование принял на себя младший лейтенант Алексей Кривуля. Оценив безнадежность ситуации, он принял решение, от которого стынет кровь, но которое стало единственным путем к спасению: вызвать огонь артилл

Февраль 1943 года. Вся страна на подъёме. Сталинград наш! Паулюс сдался. Казалось, хребет фашистского зверя надломлен, и нужно лишь одно мощное усилие, чтобы добить врага в его логове. Именно с этим чувством — добить, не дать передышки — войска Константина Рокоссовского готовились к одной из самых тяжелых операций 1943 года. В историю она войдет как Дмитриев-Севская наступательная операция. Долгое время о ней говорили мало. Но мы обязаны помнить тех, кто в лютые метели шёл вперед, не жалея себя. Задачи ставились грандиозные: рассечь группу армий «Центр», выйти к Смоленску, окружить врага. Срок — меньше месяца. То, что совершили бойцы Центрального фронта ещё до начала атаки — уже подвиг. Представьте: железные дороги забиты, эшелоны стоят. А приказ — наступать. И люди пошли. 700 километров пешим маршем. По пояс в снегу. В лютый мороз. Солдаты на руках толкали грузовики, тащили пушки, несли снаряды. Тыл безнадежно отстал, продовольствия не хватало, но армия шла вперед. 25 февраля началось