Татьяна Новикова

Есть люди, которые не умеют навещать родителей, но очень хорошо умеют хоронить. У них всё получается правильно. Венки — хорошие. Пиджак — тёмный. Лицо — собранное, даже благородное. Они говорят нужные слова, держатся за сердце в нужных местах, вовремя вздыхают и даже помнят, кому позвонить насчёт поминок. На фоне общего человеческого развала они выглядят почти как организаторы горя. Такие, знаете, менеджеры скорби. Всё у них по папочкам, по звонкам, по чёрным пакетам с конфетами и по фразе: «Мама бы хотела, чтобы всё было достойно». А потом остаётся кот. И вот тут у многих начинается настоящее, неотрепетированное лицо. Потому что гроб можно заказать. Крест можно выбрать. Даже плитку на памятник можно подобрать под цвет материнской любви, если очень хочется выглядеть приличным ребёнком с запоздалой совестью. А кот — это не ритуальная услуга. Его нельзя красиво упаковать. Он остаётся, как неудобная запятая в конце жизни, и своим хвостом перечёркивает всё это ваше «я был занят». С этим ко