Светлана Домашова (Мешкова)

Эти воспоминания о блокаде нам прислала жительница Петербурга Нина Рябушкина. Она записала их со слов своей мамы. Получились не просто мемуары – высокохудожественное и при этом абсолютно достоверное повествование. Представляем его на суд наших читателей. Эту повесть должна была написать моя мама, блокадное дитя, но она все откладывала – не было сил, болела, хотя помнила мама многое и очень ярко. И мы уже решили, что записывать и редактировать буду я. У меня еще и компьютера своего не было, друзья обещали помочь. Где-то в январе–феврале 2004 года мама сказала: «Давай весной засядем за работу – мне к весне полегчает». 13 апреля 2004 года мама умерла. Повесть я написала позже, по следам маминых рассказов. В сотый раз берусь за эти заметки... тяжело. С самого младенчества я слышала о блокаде. Это стало и моей памятью, наверное, генетической. Бабушка ругала за недоеденные куски. Хлеб не выбрасывали – это же ХЛЕБ! Мама боялась низко летящих самолетов – обычных «кукурузников», которые посыпал