Елена Чигиринских(Сосина)

Сны восьмилетней Ани стали пророческими. Каждую ночь один и тот же кошмар: тяжёлый стук в дверь, чужие сапоги на пороге и пустота на месте родных лиц. А сегодня утром по селу пронёсся страшный шёпот: «Они уже у леса...». И стук в их дверь раздался наяву. Сон начинался всегда одинаково — с тишины. Густой, ватной, давящей на уши. Аня лежала с открытыми глазами в этой немой темноте и знала: сейчас будет стук. Тяжёлый, мерный, чужой. Не похожий на отцовский шаг, когда он, бывало, возвращался поздно с лесного кордона. Этот стук был железным и безжалостным. Тук. Тук. Тук. Он приближался по пыльной сельской улице, и Аня чувствовала, как сжимается в комочек её восьмилетнее сердце, замирая где-то в горле. В сонной тишине избы стали слышны другие звуки: сдавленное дыхание мамы, Марии, из-за перегородки, негромкое сопение крохотных Лены и Вари в зыбке и ровный храп тётки Ольги на печи. Аня хотела закричать, предупредить их — проснитесь, спрячьтесь, бегите! — но губы не слушались, слипшись от ужас