— А ты подумай хорошенько, вспомни, пораскинь мозгами! Вы тут живете с матерью на птичьих правах. Дом, считай, самозахватом заняли, даром, что мать приходила ко мне твоя, побрякушки эти совала. А я ведь могу и на попятную! — Захар Иванович сокрушенно покачал головой. А куда вы сейчас? Мать болезная, брат у тебя тоже какой–то отсталый. Сколько ему сейчас?
— Семь, — отвернувшись в сторону, ответила Юля.
— Вот! Семь, а он как дикаренок, по селу бегает. И на кой вы нам такие сдались?!
Юлия закрыла глаза.
Ее брат, маленький Егорка, родился слабеньким, часто болел. Он был умненьким, но почти совсем не говорил, как будто не дано ему этим владеть. Мать его пыталась как–то научить, ругалась, плак