Янина Корниенко

Осень — идеальное время для тыквенных десертов. Но не стоит ограничиваться только супами или кашами: из тыквы можно приготовить изысканную запеканку, которая соединяет в себе нежность творога и яркий вкус тыквы. Добавим немного апельсиновой цедры — и получим ароматное, солнечное блюдо, которое порадует всю семью. Эта запеканка готовится в три этапа: тыквенный слой, творожный слой и заливка. Каждый из них вносит свой оттенок вкуса и делает десерт гармоничным и необычным. Для тыквенного слоя: Для творожного слоя: Для заливки: Шаг 1. Подготовка тыквенного пюре. Тыкву очистите, нарежьте крупными кусочками и выложите в форму. Накройте фольгой и запекайте при 180°С около часа. Затем снимите фольгу и оставьте ещё на 20 минут — лишняя влага испарится, а вкус станет насыщеннее. Остудите и измельчите блендером. Совет: всегда делайте пюре с запасом — его можно заморозить и использовать для каш, супов или выпечки. Шаг 2. Тыквенный слой. Смешайте 330 г пюре, сахар, яйцо, крахмал и цедру апель

Каждый год, когда приходит декабрь, я ловлю себя на одном и том же чувстве: хочется простоты. Простых праздников, простых разговоров и простых, но вкусных блюд. Таких, которые не требуют часа у плиты, не заставляют переживать, успею ли я всё приготовить, и при этом выглядят празднично и вызывают искреннее «ммм». Именно так однажды в мою жизнь вошёл миланский салат. Несколько лет назад коллега принесла его на корпоратив. Честно скажу: я вовсе не ожидала от маленькой тарелки с зеленью и тонкими ломтиками сыра чего-то особенного. Но стоило попробовать — и я поняла, что ошибалась. Нежный, свежий, лёгкий, с приятной кремовой ноткой — он оказался той самой закуской, которая незаметно становится хитом любого застолья. С тех пор я готовлю его каждый Новый год. И на удивление, нравится он всем: и тем, кто любит майонезные салаты, и тем, кто предпочитает лёгкие блюда. Сегодня делюсь рецептом, который выручает меня уже несколько сезонов. Что такое миланский салат Это итальянская классика — блюд

Картинка была безрадостная. Под стать Дуниному настроению. Сквозь выгоревшую на солнце траву змеилась узкой лентой мутная речка, по обеим берегам которой выстроились неказистые домишки деревенских. На хлипких мостках клевал носом мужик с удочкой, не обращая внимания на носившуюся по мелководью ребятню. Пока Дуня медленно ехала по деревне к дому ведовки, местные недружелюбно поглядывали на нее из-за заборов и штакетников, а одна бабка, встретившись с Дуней глазами, резко отпрянула в глубину двора да закрестилась судорожно, словно девушка была прокаженной. А может, и вправду - была? Не зря же последнее время ей снился один и тот же страшный сон, образы из которого продолжали преследовать ее и наяву. Разговор с ведовкой получился коротким, точнее и не было никакого разговора. Феодора Панкратовна лишь взглянула на неё в щелку приоткрывшейся двери и прошипела сухо: - Уезжай! - Да вы что! - от возмущения Дуня забыла поздороваться. - Как это - уезжай?! Я хочу с вами поговорить... Мне нужна

Алексей Гордеевич обнял дочерей. По очереди поцеловал пахнущие горьковатой ромашковой нежностью макушечки. Улыбнулся: косы у Натальюшки и Сашеньки – тёмно-русые… И венки из ромашек – обеим к лицу. -Дочушки мои!.. Вот как соскучился батянечка – в разлуке-то. Что ж вы, хорошие мои, – слушались ли маманюшку? Жалели ли её, не огорчали? Прилежно ли учились кройке да шитью? Наталья метнулась к сундуку, достала льняную косоворотку – белее снега, праздничную… а ворот и низ расшиты узорами красными. Бережно приложила к батянечкиной груди, перевела дыхание: - Впору. К службе на Петра и Павла – в самый раз вам, батюшка. Александра полутора годами старше сестры. Тут же надула губки: вечно Наташка вперёд лезет… хвастается перед бятянечкою – то рукоделием своим… то пирогами с капустою! Алексей Гордеевич подошёл к зеркалу. Осанисто шевельнул плечами. Жена, Катерина Тимофеевна, сдержанно усмехнулась: - Ты, отец, – ровно жених. - Угодила дочушка… угодила Наталюшка. Спаси Христос, ласточка моя. С Катень