Ирина Булгакова (Иванова)

Андрей сидел в кабинете заведующей лабораторией и смотрел на бланк анализов, а буквы расплывались перед глазами. Не от слёз — от того странного состояния, когда мозг отказывается принять очевидное и просто выключает фокус, как сломавшийся объектив. — Андрей Павлович, — Зинаида Марковна сняла очки и потёрла переносицу, — я вас позвала, потому что думала — может, в направлении ошибка. Бывает, путают пробирки. Но я перепроверила дважды. Вторая группа, резус положительный. Один в один ваш профиль. И специфические маркеры... Вы же понимаете, о чём я. Он понимал. Двадцать лет в медицине — ещё бы не понимать. Миша сдавал кровь перед плановой операцией на аденоиды, обычное дело, дети в пять лет через это проходят. Андрей сам выписал направление — привычка контролировать всё, что касается сына. И вот теперь сидел в тесном кабинете, пропахшем реактивами, и чувствовал, как пол медленно уходит из-под ног. — Зинаида Марковна, я попрошу вас... пока никому. — Андрей Павлович, — она посмотрела на него