Лариса Мякотина (Круть)

Прощение — одно из самых заезженных и непонятых слов в русском языке. Нас учат прощать с детства. Бабушки в церкви, мамы за ужином, психологи в статьях — все твердят: «Надо простить, отпустить, не держать обиду». Как будто это таблетка, которую нужно проглотить, чтобы стало легче. Но что на самом деле стоит за этим словом? Чаще всего — смутный образ: забыть, помириться, сделать вид, что ничего не было, снова стать «хорошим» для того, кто сделал больно. И этот образ настолько невыносим, что люди предпочитают вообще не прощать. Носить обиду годами. Потому что «простить» в их голове означает предать себя. Я часто сталкиваюсь с этой ловушкой. Люди, которые говорят: «Я не могу простить. Знаю, что надо бы, но не могу». И когда начинаешь разбираться, выясняется: они пытаются сделать то, что невозможно. Они пытаются забыть то, что помнит тело. Они пытаются восстановить доверие к тому, кто опасен. Они пытаются стереть прошлое, а не освободиться от его влияния. Поэтому давайте честно. Простить —