Людмила Желтышева (Майченкова)

– Простите, никак не запомню Ваше имя. – Киакта.  Мужчина лет тридцати пяти в оленьей малице, высокий и светловолосый, совсем не походил на представителя местных народностей. Михаилу определили его в помощники. Он хорошо говорил по-русски. Впрочем, здесь это было не удивительно. По русски говорили практически все. Михаил приехал сюда, на север, как журналист. Командирован был на собачьи бега – мероприятие солидное, международное и значительное. И конечно, как водится, должен был, дабы сэкономить средства редакции, привезти материала ещё на пару статей. Что это будет за дополнительный материал, решать он должен был сам.  Миша, не долго думая, заявился в управление поселка с просьбой – помочь, и вскоре уже гнал на собачьих нартах на стойбище, в табун оленей, который находился в открытой тундре. Гнал вместе с молодым каюром, имя которого никак не мог запомнить.  – Простите, никак не запомню Ваше имя. – Киакта. Можно просто – Киак. Каюр был не слишком разговорчив, но ловок и довольно услуж